-Вот ты меня, конечно, извини, но какая это мать? - Стефания развернулась и сменила курс в сторону своего дома, - нет, вот знаешь что, - она остановилась и вернулась к Арине,- вот что она сделала для тебя? Вытолкнула из себя и все! Причем это было исключительно ее желание родить тебя, а в итоге что? Оставила тебя на бабушку, а ты за ней бегаешь и денег ей даешь, не надоело? Лучше обрати всю свою заботу на того человека, который действительно заботился о тебе все это время и продолжает заботится!
-Тебе легко говорить, твоя мать всегда была с тобой и заботилась о тебе! А у меня отца нет, хоть мать осталась. И пусть она не такая святая, как у тебя, но она моя мать и я ее люблю!
-Не надо сюда приплетать мою мать! У всех есть свои проблемы, просто я о своих не распространяюсь.
-Ах, ты мне оказывается не доверяешь,- Арина всплеснула руками, - прекрасно! Я значит тебе всю душу изливаю, а ты мне не доверяешь. А я думала, что мы подруги, причем не просто подруги, а лучшие. А ты взяла и плюнула в это!
-Ничего я не плевала, - возмутилась Стефания, - есть такие вещи, о которых просто не рассказывают! Вот я и не говорю.
-Я тебе уже высказала свое мнение. Я делюсь с тобой всем. Ты знаешь, что у меня мать - алкоголичка, что отец мне не отец, а ты чего - то стыдишься.
-Да, стыжусь, потому что я не ты, и этим все сказано!
-Так ты мне скажешь, что ты скрываешь от меня?
-Чего?- рассердилась Стефания, - я только что тебе сказала, что делюсь не всем подряд. Во всяком случае иногда. Пока!
Стефания развернулась на каблуках и пошла сторону дома, красная от злости. Ее потрясла такая наглость со стороны Арины, потому что свои личные границы она охраняла слишком яро.
-Совсем оборзела,- она натянула шарф до самых глаз, засунула руки в карманы и сгорбившись, потопала до дома, подгоняемая своей же агрессией, - подруга видите ли, и что с того...- проворчала себе под нос и свернула в уже знакомый переулок.
Она открыла не запертые железные ворота, скрипнувшие, когда она их закрывала на засов. В розах она увидела золотого лабрадора, усердно искавшего клад в корнях цветов.
-Лютик!- он поднял грязную моську и завилял хвостом, - что ты там делаешь? Иди ко мне! - она погладила пса за ухом, -мама тебя выпустила, да? - она взяла пса за поводок и пошла с ним домой.
Её не ждал ароматный запах ужина, на кухне не было матери, танцующей у плиты, или сидевшей у окна с книгой. Нет.
Был лишь тусклый коридорный свет, множество разбросанных вещей и запах алкоголя, впитывающийся в обои дома.
Ей не составило труда сопоставить все факты. Все снова началось, как и три года назад.
Стефания скинула куртку, всунула ноги в разорванные Лютиком тапочки и включила на кухне свет.
Как и ожидала, она увидела три стакана на столе, две рюмки, одна из которых была наполовину полной, кусок сухаря и откусанный кислый огурец.
Стефания закрыла глаза и потерла лоб рукой.
«Ничего, это пройдет», - погладив заскулившего лютика, она подошла к шкафчику и достала оттуда собачье печенье, - Держи, - и бросив пару штучек на пол, Стефания стала убирать следы одиночества матери.
Глава тридцать восьмая
Глава тридцать восьмая
Стефания открыла дверь своей комнаты и в нос ей ударил уже знакомый запах алкоголя. Казалось, только её комната не пропахла едким, вызывающим рвотные позывы, ароматом.
Ей не хотелось разговаривать с матерью, и она была полна решимости пройти мимо её комнаты, но что-то заставило остановиться и обернуться. Дверь была наглухо закрыта, а за ней не было слышно ни звука. С замиранием сердца она коснулась дрожащей рукой до холодной дверной ручки и толкнула дверь.
Алкогольный запах стал сильнее, отчего она невольно зажмурилась и прикрыла нос рукой.
На сатиновых простынях зелёного цвета, напоминавшего огромный луг, поперёк двуспальной кровати лежала женщина с растрепанными некогда рыжими волосами. У ног и изголовья валялись пустые или полупустые бутылки.
Насчитав пять бутылок, Стефания со злобой закрыла дверь и топая, дабы умерить свой пыл, пошла на кухню.
Солнечный свет, проникавший через единственное окно, осветил небольшой кусочек кухни и золотистого лабрадора, развалившегося в по зимнему тёплых лучах. Лютик не проснулся даже когда Стефания подошла ближе к нему и села на корточки. Бледной, словно мрамор, рукой она коснулась тёплого мохнатого живота собаки, вздрогнувшей от неожиданного прикосновения.
Разглядев лицо хозяйки, Лютик замахал хвостом и облизал руку Стефании.
-Сейчас покормлю, не подлизывайся, - она потрепала собаку за холку и подошла к холодильнику. Внутри оказалось пусто, что было очень редко, но она заметила на последней полке кастрюльку, в которой оказался смачный кусок мяса и пару косточек, - ну хоть кто-то будет сегодня сытый.