Нет. Но это чересчур жестокая правда. А Рамиль слишком чувствительный. Это может выбить его из колеи. Я и так молюсь, чтобы Макс продержался до его отъезда.
— Надеюсь.
— Как-то я не вовремя уезжаю.
— Это всего лишь котята.
Шакиров мажет по мне внимательным взглядом. Да, конечно, я нарочно все упрощаю, но что уж? Это жизнь. Так бывает. Странно, что ему это лишь предстоит понять. Во взрослом возрасте это, наверное, сложнее. Или нет…
Пасхальное воскресенье — последний день перед отлетом Рамиля. Я просыпаюсь одна. Умываюсь и иду на кухню, откуда уже доносятся голоса. Кажется, мать с бабкой опять пилят Рамиля. И хоть после того разговора мы с Динарой Александровной больше не вступали в открытые столкновения, сейчас мы очень к тому близки! Этого парня я готова защищать с кулаками!
Захожу на кухню, корча из себя счастливую дурочку:
— Христос Воскрес!
Лица этой троицы надо видеть!
Первым в себя приходит Рамиль. Лениво подходит ко мне, чмокает в лоб и довольно весело так замечает:
— Любимая, я мусульманин.
Да ты что? А я ж не догадывалась! Призвав на помощь все свое актерское мастерство, ахаю, закидывая руки ему на шею:
— Аллах воскрес, да?! Извини, я такая дурочка…
Тут уж он не выдерживает. Отскакивает от меня и с хохотом сгибается пополам. Страшно довольная собой, забираюсь на стул за барной стойкой, поджав под себя ногу. Пододвигаю хлебницу. Достаю припрятанную накануне пасочку и, перекрестившись три раза, деловито разворачиваю пакет.
Бабка с матерью Рамиля пулей выскакивают из кухни. Будто я не сдобу достала, а килограмм тротила. А Шакиров все не может успокоиться. Ржет и ржет…
— Ты будешь? — бурчу я. — Или тебе религия не позволяет?
— Давай. Всегда было интересно попробовать.
— Жаль, не было времени испечь свои. Магазинная суховата.
— А ты умеешь печь? М-м-м.
— Да я вообще все умею. Тебе со мной знаешь как повезло? — возмущаюсь с набитым ртом.
— Знаю, — на полном серьезе заявляет Шакиров. — Может, ну его — это все, а? Поехали со мной!
— Ну, да! А за выводком нашим кто присмотрит? Нет уж. Я тебя тут буду ждать.
— Будешь? — ловит меня на слове Шакиров.
— Куда я денусь? — вздыхаю я.
Глава 18
Марина
Рамиль улетает в понедельник.
Перед этим лично проводив в аэропорт мать с бабушкой. И тут тоже проявляются его нервозность и необходимость все-все контролировать.
— Документы проверили?
— Таблетки взяли?
— Мам, ты опять забыла зарядку.
— Нет, какой эконом? Конечно, я оплатил вам бизнес.
Господи. Я стою чуть в стороне и едва сдерживаю смех.
Перед тем как сесть в такси, Динара Александровна даже снисходит до того, чтобы со мной попрощаться. Невесть какое событие, да? Но с ее уровнем эмоциональной доступности это значит не так уж и мало. Правда, подозреваю, дело не только и не столько во мне. А скорее в том, что я не стала возражать, когда Рамиль без лишних разговоров оплатил им какой-то безумно дорогой санаторий и еще снабдил приличной суммой в дорогу. И, кажется, до них, наконец, стало доходить, что в плане материального благополучия им с моей стороны ничего не угрожает. Во-первых, потому что я Шакирову по большому счету никто, хоть они этого и не знают. Во-вторых, потому что мужчина, который заботится о своих близких, вызывает у меня куда больше уважения, чем недомужики, всеми силами избегающие ответственности и даже с какой-то гордостью делящиеся схемами того, как им это удалось, в трендсах.
С их отъездом в доме становится непривычно тихо. Даже Рамиль с его «чуткостью» это замечает. Несколько раз ловлю на себе его недоуменные взгляды. Будто он лишь сейчас осознал, насколько много места в пространстве занимали его мать с бабкой, и теперь крепко задумался.
Потом улетает и он… А еще через день умирает Макс.
Я знала, что это случится. С самого начала знала. Слишком маленький он был. Слишком слабый. И боялась я лишь одного, что это произойдет, пока я буду на работе, и я буду себя винить за то, что этого можно было бы избежать, будь я дома. Но нет. Макс умирает аккурат в мой выходной. Я докармливаю его из шприца, глажу пальцем крошечную спинку и напоследок командую:
— Ну, давай, мелкий. Не подведи меня.
А потом выхожу во двор разбираться с автополивом, панель которого больше походит на систему управления космическим кораблем и требует нормального разбирательства. Покопавшись в настройках, решаю, что котятам пойдет на пользу прогулка — денек теплый и солнечный, почти лето, и ничего не предвещает беды. Захожу в дом, чтобы их забрать прямо с лежанкой. Напевая под нос, подхожу к коробке. И сразу же… вот сразу все понимаю.