— Куда собираться?
Рамиль раздражается, будто я в самом деле туплю на ровном месте. Но ведь и правда, ни черта не понятно!
— Ко мне.
— Ага. Очень смешно, — закатываю глаза и вновь хватаюсь за ручку.
— Я не шучу. Ты же согласилась.
— На что?!
— На отношения.
У меня начинает дергаться глаз. Нет, реально?!
— Рамиль… — начинаю очень медленно, как говорила бы с психбольным. — Я согласилась лишь сыграть твою девушку перед родными. Мое согласие не предполагало переезда в твой дом.
Нет, мне что, реально это нужно объяснять?
— Как это — не предполагало? А как, по-твоему, мы встречаемся? За ручку по кинотеатрам жмемся? Мне тридцать лет.
— Нет, Рамиль. Это совершенно исключено.
— Почему?
— Я знаю тебя без году неделя.
— У меня свой дом в пятнадцати минутах езды от города. Триста квадратов. Ты меня даже видеть не будешь. Я люблю одиночество.
— Тогда тем более, твоя мать не поверит, что мы живем вместе! Зачем мне переезжать?
— Чтобы ко мне не переехала она! — рявкает Рамиль, достает пачку сигарет из бардачка и выходит из машины, прикуривая.
Ну, ничего себе!
Выпрыгиваю за ним следом. Он стоит под фонарем и яростно затягивается. Меня окутывает приятным ароматом табака со вкусом коньяка и вишни. Насупленный как туча Шакиров бросает на меня странный взгляд. Я прикусываю щеку:
— А просто ее послать ты не можешь?
— Я не так воспитан.
— Ну… — переступаю с ноги на ногу. — Даже не знаю. Мне нужно подумать.
Глава 4
Марина
Не очень довольный моей нерешительностью, Шакиров уезжает домой, бросив напоследок, что подумать я, конечно, могу, но недолго. Максимум — до утра. А дальше что? Он сделает предложение другой?!
— Ты где была? Я уже хотела тебе звонить, — зевает с дивана Дина.
Стягиваю туфли и морщусь, потому что ноги невозможно гудят. У меня не было толком времени собраться, когда Артем меня выставил. Нет, он не отнимал у меня одежду. И не требовал вернуть ему подарки, просто блокнул карту. Это я, дура, была слишком гордая — не стала выгребать свою гардеробную. Хотя… Кому я вру? На самом деле я просто надеялась, что все утрясется, мы непременно помиримся, и тогда какой смысл таскать вещи туда-сюда?! Короче, сумку я собрала. Но побросала в нее лишь крайне непрактичные, но красивые вещи, чтобы выглядеть на все сто, когда он вернется. Например, эти туфли от Маноло Бланик… И на кой мне они теперь?!
В квартире пахнет жареными пельменями и текстильным спреем с ароматом пачули, которым Динка зачем-то в обилии поливает шторы. Словно это как-то может спасти нашу убитую в хлам квартиру, помочь которой сможет разве что капитальный ремонт. Впрочем, мы можем позволить себе снимать жилье, считай, в самом центре лишь потому, что того нет и в помине. В противном случае арендная плата увеличилась бы минимум вдвое.
— На свидании, — брякаю я, не подумав.
Дина перестает жевать и медленно опускает вилку.
— И когда ты только успела? Кто он?
Я не уверена, что хочу делиться с Диной подробностями. Поэтому ухожу от ответа:
— Да так, один мужчина, — осторожно уточняю я.
— Ясно, что не женщина! — нетерпеливо перебивает меня подруга. — Я требую подробностей!
Прохожу в комнату и падаю рядом с ней на диван. Голова тяжелая, будто рабочий день длился не двенадцать часов, а трое суток кряду.
— Может быть, я к нему съеду, — бормочу, глядя в потолок.
— К типу, которого знаешь без году неделю?! — скептически протягивает Дина. — Не знаю, Мариш, как в твоей деревне, а у нас запросто можно нарваться на какого-нибудь урода! Ты бы для начала с ним повстречалась, пригляделась как следует. И не отказывалась от квартиры, чтобы было куда вернуться, случись что…
— Да блин, я и не думала отказываться! — взмахиваю руками. — Конечно, я оставлю за собой комнату. Дин, ты чего? Я бы тебя никогда не кинула. Это же бабки, я понимаю…
Да и Шакиров как-то забыл уточнить, надолго ли этот цирк. Может, он ограничится парой недель, и что? Мне опять впопыхах искать угол? Ну уж нет! Плавали — знаем. Последнее дело — хоть в чем-нибудь зависеть от мужчины. Воистину правы те, кто говорит, что мужчины зарабатывают, чтобы встречаться с женщинами, а женщины, чтобы не встречаться с мужчинами.
Так, стоп. Выходит, я уже все решила?!
Не живется же мне спокойно!
Поворачиваюсь к Дине. Та сует в рот пельмень, качая головой из стороны в сторону.