И вечный бой !
Покой нам только снится
Сквозь кровь и пыль…
А. Блок «На поле Куликовом»
Под солнцем горячим, под ночью слепою
Немало пришлось нам пройти.
Мы – мирные люди, но наш бронепоезд
Стоит на запасном пути!
М. Светлов. «Песня о Каховке»
Дневник императора Николая II
14-го января 1913 г. Понедельник. Утром читал, потом принял: Ипатьева, Игнатьева, Кривошеина и Зубатова. Завтракал с германским посольством по случаю дня рождения Вильгельма. От 3 до 4 час. погулял вокруг озера. Было довольно холодно и ветрено. До чая принял доклад фон Эссена. Занимался спокойно до 8 час. После обеда явился Н.П. Саблин по возвращении из командировки в Константинополь. Провели с ним вечер до 12 час.[2]
Швейцарская Конфедерация. Монтре. Отель «Монтре-Палас». Июнь 1912 г.
Большой зал отеля, в обычное время используемый как ресторан, сегодня заполняла толпа. В глазах рябило от шитья разнообразных мундиров, увешанных орденами, фраков и женских нарядов с драгоценностями. У ряда тесно расставленных роскошных золоченных полукресел теснятся главы государств и делегаций, послы, министры и маршалы стран-участниц конференции. Только что фланировавшие и обменившиеся впечатлениями гости после объявлений герольдмейстера поспешно выстраивались шпалерами вдоль ковра, протянутого от двери к возвышению, на котором стояли кресла для Их Императорских и Королевских Величеств.
Неторопливо, согласно церемониала, шагавший в тройке лидеров Континентальной Коалиции Николай сдержанно улыбался. Все это столпотворение отчего-то напомнило ему увиденную во время путешествия на крейсере «Память Азова» стаю обезьян. Видимо потому, что одним из первых он увидел японского дипломата Такахира Кагоро. Николай мстительно подумал, что наконец-то эти макаки расплатились за все…
Место проведения мирной конференции выбрали не сразу. После подписания перемирий в Бресте и Сеуле боевые действия прекратились. Но переговоры о мире не начались сразу после этого. Потребовалось время на согласование позиций союзников. Кроме того, потребовалось время, чтобы отклонить назойливые предложения американцев о посредничестве. С идеей о созыве конгресса с участием представителей всех воевавших сторон выступил от имени короля Георга министр иностранных дел Британии Эдуард Грей. Он предложил местом встречи Стокгольм, как столицу нейтрального государства. Но Стокгольм не устраивал Николая II, учитывавшего недружественную политику шведского правительства. Тогда министр иностранных дел Роман Розен внес предложение провести конгресс в Швейцарии, причем не в столице, а в городке Монтре. Монтре, знаменитый элитарный европейский курорт, мог с комфортом разместить все собиравшиеся на конгресс делегации. И, что немаловажно, найти достойные апартаменты даже для монархов. Поэтому предложение приняли практически сразу. Пару месяцев ушло на решение организационных вопросов. Еще месяц на прибытие и размещение делегаций. Наконец в феврале конгресс торжественно открылся. Тогда Николай и его спутники побывали здесь первый раз, разъехавшись после завершения церемонии открытия по домам. Потом долгих четыре с лишним месяца дипломаты в черных фраках, с выглядывающими из-под них белыми манишками упражнялись в возможностях своих языков скрывать их истинные мысли[3]. И в обелении простых и естественных желаний победителей хапнуть побольше, а побежденных – откупиться меньшим. Но как известно со времен Экклезиаста, все в мире проходит. Прошел и закончился и этот конгресс. Договорились дипломаты, печально вздохнув приняли свою участь побежденные, недовольно поворчав, успокоились наблюдатели. Наступил заключительный день. Исторический, без всякого сомнения. День подписания всеобщего мирного договора…
Николай осторожно скосил взгляд на идущего в центре Вильгельма. Судя по его виду, сегодня кайзер был вне себя от радости. И кажется, считал себя главным триумфатором. Николай вспомнил давний разговор с Сандро об опасностях союза с Германией и подумал, что он отчасти прав. «Надо будет превентивно меры предпринять, на всякий случай, - решил царь. – Хорошо, что Англию окончательно обессилить мы не дали. Необходимо ей помочь определиться с главным противником… и направить гнев на отнявшего колонии и рынки… Да, сей вопрос стоит будировать обязательно и постоянно. Для этих торгашей удар по прибылям побольнее потерянного престижа и даже флота. Заодно и клинышек вбить можно между британцами и штатовцами. Те тоже на чужих рынках своего не упустили…»