Значительная роль охоты в получении мясных продуктов указывает и на стремление трипольцев максимально использовать местные природные ресурсы. С этим направлением хозяйственной деятельности тесно связаны собирательство и рыболовство. В лесах и рощах, окружавших раннетрипольские поселки, собирали кизил, дикую грушу, яблоки и вишню (Янушевич З.В., 1976, с. 187–188). В речных протоках и главным образом в Днестре ловили сома и вырезуба, причем отдельные особи сома, попадавшие на стол трипольцев, достигали длины 1,6–1,8 м (Пассек Т.С., 1961а, с. 59). Из домашних производств, помимо изготовления орудий, получили развитие домостроительство и керамическое производство.
Об общественном устройстве раннетрипольского населения можно судить на основании раскопок жилищ и поселений. Как отмечала Т.С. Пассек, поселки были в основном небольшими, площадью около 250×200 м, и состояли из землянок и наземных домов (Пассек Т.С., 1961а, с. 93). Судя по данным разведок, проведенных в Днестровско-Прутском междуречье, в то время существовали и более крупные поселения, занимавшие площадь в несколько гектаров. Имеются данные и о кольцевом расположении жилищ, по крайней мере на некоторых из ранних поселений. Так, поселение Бернашовка на Днестре состояло из семи домов. Размеры наименьшего жилища составляли 30 кв. м, наибольшего — 150 кв. м. По подсчетам В.Г. Збеновича, на поселении могло проживать примерно 50–60 человек (Збенович В.Г., 1980в). Поселение Лука-Врублевецкая включало семь землянок, причем большинство их соответствовало домам средней величины (примерно 65 кв. м) и только площадь одной землянки сильно вытянутой в плане формы превышала 130 кв. м. На поселении Тырпешти III площадь построек колебалась в пределах 12–77 кв. м. Наиболее крупные жилища можно рассматривать как место обитания нескольких малых семей. Например, в самой большой землянке Луки-Врублевецкой, имеющей длину 40 м, отмечено деление на три камеры, возможно, служившие жилищами отдельным семьям.
Весьма показательна и тенденция подчеркнуть хозяйственное и идеологическое единство общин, оставивших эти небольшие поселки. На ряде памятников зафиксированы своего рода культовые центры, которые нередко помещались в строении, одновременно выполнявшем и функции обычного жилого дома. Возможно, такие дома принадлежали семьям старейшин, бывших также хранителями культовых объектов и отправлявших культовые обряды и церемонии.
Примечательно, что уже на раннем этапе отмечается кустовое расположение трипольских поселений, когда более мелкие памятники группируются близ весьма значительного по площади центра. В таком густонаселенном районе Северной Молдавии, как бассейн Реута, крупным раннетрипольским поселением является Гура-Каменка IX (Массон В.М., 1980б). Возможно, перед нами тип расселения, характеризующий наличие такой племенной группировки, в состав которой входило несколько общин и во главе которой стояли уже племенные вожди. Во всяком случае находка Карбунского клада, насчитывающего 852 предмета, в том числе 444 медных, показывает, что уже на этом этапе развития происходит известное накопление богатств. Наличие в кладе наряду с проушными топорами явно культовых предметов, в частности антропоморфных подвесок, позволило Г.П. Сергееву сделать заключение о принадлежности клада крупному родовому или родо-племенному вождю, выполнявшему одновременно и «жреческие» функции (Сергеев Г.П., 1963, с. 151). До открытия раннетрипольских могильников или установления разного уровня благосостояния по предметам, найденным в жилищах одного поселения, этот вывод бесспорно сугубо предварителен. Но думается, что уровень общественной организации раннетрипольского населения, целенаправленно ведшего освоение новых территорий, нельзя излишне занижать. Не исключено, что здесь имелось и несколько племенных групп, своеобразие культуры которых нашло отражение в локальных вариантах.
Как можно было видеть, в средний период происходит дальнейшее увеличение территории, занятой трипольскими племенами. Расселяющиеся общины достигают районов Поднепровья, традиционные области обитания густо обживаются, население увеличивается, ведущими типами поселений становятся крупные и средние поселки. Судя по всему, завершается пора экстенсивного освоения новых территорий, пригодных для земледелия и скотоводства, и делаются попытки интенсификации традиционных видов производств, одним из проявлений чего становится усиление локальной специфики.