Почему-то от серьёзности его тона, мне не хотелось ни пререкаться, ни шутить.
- Искру Игренка.
- Почему ты решила, что она здесь? - Тахиро не отпускал мой взгляд, делал паузы. - Почему ты спокойно впитываешь энергию сейчас и упала в обморок от прикосновения к Рушу? Почему мне хочется спрятать тебя ото всех и ни с кем не делить?
Улыбаясь ответила на последний вопрос:
- Потому что ты - жадина!
Он не улыбнулся в ответ. Подошел и встал на колени передо мной. Согнулся и опустил голову на мои ноги. Замер, ничего не делая и не говоря. Я отклонилась назад, чтобы не прикоснуться случайно. Пальцами впилась в сиденье, унимая желание зарыться в его волосы, не длинные, лежащие дугами, как попало, жгуче-черные. Так прошло несколько минут. Вокруг нас звезды засияли ярче и пришла волна одобрения.
- Она здесь, я знаю, чувствую ее. Не так как раньше, вроде бы эмоции яснее, но при этом отдаленнее.
- Она спит сейчас. Несколько дней пролежал в отключке. В пути, когда она заботится о нас, мы так же должны каждый день заботится о ней, - он замолчал, вжал свою голову сильнее в мои колени, как будто решаясь на что-то. - Прикоснись ко мне, лея.
Замерла. Итак слишком много сказала. А прикоснуться сейчас было и соблазнительно, и страшно одновременно. Но не даром мы женщины, гибкие и переменчивые, всегда найдем выход. И я его нашла.
Тахиро.
Он видел, что девушка другая. Другая настолько, что мужчина терял себя и свою выдержку, помогавшую ему выжить в самые трудные времена.
Девушка не боялась. Был интерес, острожность, опаска, но не страх.
И самое важное он ощущал ее чистоту. То что она скрывает сейчас, важно для нее и не направленно со злостью на мир вокруг, на экипаж.
Возможно потому, что ничего не знает об о'леях. Поэтому не лебезит и не боится.
Тахиро привел ее к сердцу станции, здесь сами собой обнажаются глубинные чувства. А она одарила все вокруг восхищением и любопытством.
Он передавал ей энергию тонким потоком через взгляд, филигранно, как только он один умел на корабле. Хотел, но боялся прикоснуться к ней без преград после обморока с Рушем. Ему хотелось говорить с ней, смотреть на нее, трогать и как можно дольше расстянуть эти моменты. Такой был план.
Энергию она принимала казалось легко. Диагност не менялся. И второй раз забрала ее столько, что Тахиро смог вздохнуть с облегчением, опять чувствуя циркулирующие потоки, а не разрывающее переполнение.
Теперь он любовался ее лицом. Карими глазами опушенными темными ресничками, маленьким ртом, чувственными губами, чуть вздернутым носиком. Чистым лбом, стрелами аккуратных бровей.
А потом вжал свое лицо в ее колени и замер, как делал в далеком детстве, пока мама не покинула его. Чуть повернул голову и решился попросить.
- Прикоснитесь ко мне, лея.
Мужчина был готов к отказу, ждал его. Простое "нет" было правильным и понятным в его системе координат. Он слышал его множество раз раньше. И еще одно ничего не изменило бы. Но она попросила Тахиро поднять лицо и закрыть глаза.
Он выполнил просьбу, правда уперся руками в сиденье у ее бедер, заключая свою добычу в кольцо.
Закрыл глаза и замер. По его лицу заскользили мягкие пряди, по глазам, носу, задержались у губ и пошли дальше по шее. Не выдержав открыл глаза, и видно, желание, что сейчас мешало его спокойствию, отразилось на лице. Она отпрянула, выгибаясь и хватаясь за сиденье за своей спиной. Чуть покачнулась.
Локон, что только что касался его лица, одиноко упал вдоль руки. Волосы скользнули вслед за ее головой, открывая жаждущему взгляду острые вершинки груди под натянувшейся тканью комбинезона.
Сдаваясь своим желаниям Тахиро наклонился и провел по твердой горошине соска сначало носом, потом щекой, об одну, вторую, прикрыв глаза, как большой кот в ожидании ласки и лакомства.
Она охнула и Тахиро взял себя в руки.
- Как ты себя чувствуешь?
- Голова кружится.
Не давая себе возможности передумать, остановиться, он правой рукой развел ее ноги, левой подхватил с сиденья, поднялся на ноги, прижимая ее к себе. Она судорожно обняла его руками и вжалась лбом и носом в плечо, а потом мгновенно обмякла. Как воск оплела ногами, руками, повернула голову и положила на плечо. Пальцы Тахиро поддерживали ее снизу, сжимаясь и разжимаясь в древнем ритме.
- Приношу свои извинения, Искра Игренка, и прошу отложить очистку на пол рига и подготовить нам обед.
Он стремительно шел по корридору, чувствуя как упирается внизу в ее жаркое лоно, как скользит она по нему и дрожит с каждым шагом всё сильнее.
С трудом заставил себя отпустить лею, усадив на кровать и вручив пакет с уже готовой едой.