- Так можно было? - Хиро, зараза, ещё и хохочет.
- Сразу останови, если что нет так, - жарко выдыхает на ухо и прикусывает мочку Айзек.
И я, наконец, получаю, что так хотела, в двойном объёме. Тягуче, медленно, до лёгкой боли, не успокаивающей, разжигающей сильнее жажду. В голове туман, сжигающее, сводящее с ума раз за разом удовольствие, в котором тону, бьюсь, то-ли в желании выбраться, то-ли в попытке достигнуть уже финала. Руки Хиро опускаются, фиксируя в грубоватом сжатии ягодицы. Темп срывается. От синхронного в полное безобразие, безумие. Айзек скользит ладонью, накрывая лобок, натягивая кожу, и сдвигая к крепости Тахиро. Хнычу, изворачиваясь ловлю его губы и чувствую на шее горячий язык Тахиро. Пальцы Айзека сходят с ума, Хиро - сжимает сильнее. На пике распахиваю глаза, выгибаясь. Меня бьёт собственной и мужской дрожью, опаляет горячими потоками лоно, посылая жаркие поглощающие сознание волны в каждую клеточку тела, перед глазами северное сияние в голубых тонах.
Тахиро
- М-м-м... Все живы? - Энни возится, сползая с меня.
Дергается. Её волосы так и намотаны на запястье лежащего рядом Айзека.
- Не совсем, - смеётся брат, распутывая пряди и отпуская нашу сумасшедшую девочку, расслабленную, улыбающуюся.
- Раз вы не способны мне помочь, попрошу Искру!
Сначала капитан будто давится, а потом мы оба смеёмся как ненормальные, пытаясь дотянуться за спешно отползающей Энни.
Ловлю её за руку, подтягивая обратно, перехватываю отталкивающую меня вторую руку, Айзек обездвиживает упирающиеся ножки, мы переглядываемся и теперь уже от щекотки хохочет Эн, не в силах сдержаться. Меня накрывает осознанием счастья. Откидываюсь назад, раскрывая руки и ловя момент. Брат секунду помешкав падает рядом, тоже раскидывая руки в стороны. Энни садится между нами, любуется, переводя взгляд между мной и братом. По её щекам к шальной широкой улыбке скользят две слезинки из уголков глаз. Она падает между нами на живот, руками пытаясь обнять обоих.
Энерджи
Я все-таки нашла, что искала. Когда эмоции утихли, выбралась из объятий. Встала и увидела под сдвинутыми нами рулонами морозный светлый узор по лазоревому полю. Потянула, раскрывая. Не цветы, не бабочки, не узоры - все вместе, перетекающее, смешивающееся. Но самое главное у этой композиции был центр!
- Мне нужны ножницы!
- Что ты хочешь? - Айзек уже одел свои пижамные штаны и отыскал мой комбинезон.
Тахиро лежал на боку, подперев взлохмаченную голову рукой, наблюдая.
А потом началось волшебство. Айзек выслушал меня, сгреб и отнёс под бок брату. С тяжким вздохом скинул снова одежду и перетек в себя голубо-прозрачного. Искра тенами подхватила, размотала-раскрыла ткань. Квадратные куски с кругом в центре будто сами отделялись от полотна и падали на пол. Следом также опустились длинные полотна, вырезанные по краю ткани, с перекликающимися с основным узорами.
- Дальше я сама.
Со всем ворохом отрезов, мы вернулись к остальным.
Ториа
Затапливало щемящим счастьем. Хотелось срочно бежать к нашей девочке. Но мы переглядывались, сдерживаясь, даря братьям Торха бесценное время с ней. Они вернулись с отрезами тканей. Энни чуть смущённо улыбалась, села с одним куском на диван, вынимая нити по краю. В молчании мы наблюдали, как она по чуть-чуть распускает ткань.
- Ты нарушаешь режим, - прошептал не выдержав Арвен.
- Ещё чуть-чуть, правда.
- Помочь? - мой голос звучал хрипло, пронизанный желанием к нашей девочке.
Энни мотнула головой, закусывя нижнюю губу, ерзая. Вспыхнувшая, она быстрее заработала пальцами. Перестала складывать выдернутые нити. Они падали, устилая все вокруг хаотично.