Всем мира! Спокойной жизни без вздрагиваний и с надеждой, чистой детской мечтой в обращенном на крестик самолета в небе взоре!
Вернется ли это чувство ко мне? У меня большая жаль.
Обретение
На церемонию обещаний или клятв мы отправились все вместе при полном параде. В наших одеждах в дополнение к бирюзовым оттенкам появилось благородное серебро. Верхняя часть моего нового многослойного кимоно походила на жаккард, сложное переплетение из темно-серебрянных, серебристых, бирюзовых и темно-синих нитей. Ткань была тяжелой только внешне, ласково окутывая меня невесомым облаком.Рушиан шел к месту слева от меня, оттеснив Ториа. Айзек как всегда справа и чуть впереди, наполовину закрывая, защищая меня. Сразу за плечом Арвен.
Позади Тахиро с Таро Хашидо и идущий след в след за своим новым учителем Шерриан. Им троим предстояло отделиться от нас, найти укромное место и поэкспериментировать с медитацией.
Мои ладошки удачно прятались в складках верхнего платья, скрывая свой странный вид: пальцы, скрытые тонкими изолирующими перчатками, согнутые в подражании хищным когтям, на самом деле крепко удерживали руки невидимых близнецов.
Пляж, на котором мы приземлились, широкий и каменистый, простирался во все строны. Он казался бы безжизненным без далекой блестящей ленты воды. На наше появление если и обратили внимание, то небольшое.
Приветственные кивки при встрече взглядов, легкое внимание, приправленное любопытством. Семейство ар-Шор стояло всем составом за двумя рослыми напряженными игренцами, братьями Рушиана. Напротив них с непроницаемым лицом замерла хрупкая тонкая девушка, только обретающая свою женственность. За ней статная игренка с красивыми и грустными глазами.
Братья-близнецы сильно отличались от Рушиана вешне, но вот внутреннее напряжение, усиленный контроль и готовность к мгновенному действию они разделили на троих. Им немного не хватало его скрытого резерва силы, как городским детям по сравнению с сельским мальчуганом. Их преимущество в росте не компенсировало, а еще больше подчеркивало различия.
Как только мы встали рядом с ар-Шорами, девушка развернулась и уверенно пошла к берегу, за ней следом братья Рушиана. Огромные бесформенные каменные глыбы, будто накиданные древним великаном, разрозненные стояли у самой кромки воды, прерывая блестящую ленту. Девушка на шаг опережала мужчин. Тонкая и грациозная в простом однотонном светлом платье и с распущенными длинными светло-руссыми волосами, идеальной осанкой и безупречным равновесием: ни разу не оступилась на крупной неровной гальке. Расстояние оказалось обманчиво. Едва различимые, крохотные, меньше моего мизинца, они достигли воды. А камни-скалы на их фоне превратились в гигантов. По характерным движениям и блеску оголенных тел определила, что игренцы разделись. Только девушка похоже осталось в тонкой рубашке. Уже в воде они взялись за руки.
Глаза устали вглядываться. Но пришлось продолжить наблюдать, взоры всех вокруг были устремлены в сторону новой семьи. От момента нашего появления прошло не более получаса когда принесшие не слышные всем клятвы игренцы вернулись. Со всех сторон доносились спокойные пожелания: гармонии, взаимопонимания и скорейшего продолжения рода. У всех сплошной покер-фейс. А реальной радости я не ощущала. Чуть выбивались из остальных удивившие меня облегчение и робкая надежда от матери Рушиана.
Вернулись к нам игренцы полностью одетыми, мокрую женскую сорочку нес один из братьев-близецов.
Тонкое платье теперь совсем не скрывало по-детски худой фигурки с маленькой, но полностью развитой грудью, к которой привлекли внимание две темно-розовые округлые жемчужинки-кристалы, проглядывающие сквозь ткань чуть выше.
Мать девушки едва заметно прикусывала изнутри губы, сдерживая бущующий внутри страх, а внешне оставаясь бесстрастно-холодной. Почему они согласились на этот союз? Ни капли радости. Особенно у девушки и ее будущих связанных.
"Чего они боятся?" - мельком глянула на невозмутимого Айзека."Церемонии обретения".
- Рея Перла Деламар, вы носите под сердцем продолжение энергии Игренка, прошу вас пожелайте новой семье... - начала мама невесты.
От семьи ар-Шор метнулся игренец, заставляя ее прерваться. Передавал ей в руки светящийся лит, все как и предполагал Рушиан. Но вот игренка поступила неожиданно: мельком посмотрела и решительно отдала стоящему за ней игренцу, а потом просто подняла на меня выразительные глаза и замерла.
Меня пробрало до озноба пронизывающим материнским взглядом, наполненным болью и бессилием.