Обожгло влажным мизинец ноги. Вся там. В горячем плену губ на кончиках пальцев, в жалящем танце языка по своду стопы. Изнываю, хныкая. Поцелуи выше колена. Справа и слева одновременно. По бедрам зеркально, по низу живота. Влажное давление в пупок, отступление и снова нажатие, в медленном тягучем ритме. Тут же раскрыты языком губы. Не двигаюсь, не в силах. Не отвечаю на поцелуй. Впитываю, внимаю, подчиняясь их мелодии. Нежный ритм центра подхвачен сверху. Только внизу всё горит без внимания.
Нет ничего. Пьянящая темнота, вспыхивающая острым удовольствием. Всё спуталось. Где чьи губы, где чьи руки, чьи пряди... Где верх, где низ. Шелковистая твёрдость у бедра, на губах. Наконец-то тишина разбита и мужским стоном.
Поцелуй в основание шеи, вверх к затылку и обратно. Трепетные пальцы на груди. Подрагивающие - в волосах. Поцелуй в губы, напористый, жаркий. Короткий полет, не разрывая губ. Вишу в жарких объятьях. Большие горячие ладони рисуют узоры от плеч, по спине, ягодицам, подхватывают ноги, поднимая, разводя.
Оба толкаются, не наполняя, дразня. Ноги перехвачены спереди, коленями прижаты к бокам. Не разрывая губ, лишь тягуче замедляя движения языка, вторят ему снизу. Наконец-то! От остроты со стоном выгибаюсь, прижимаясь спиной к твёрдой груди. Горячая рука на пояснице. Давит. Подчиняюсь. Меня снова наполняет. Немыслимо, сменяя друг друга. Давя то спереди, то сзади. Тело поёт. Сквозь ресницы пробивается свет.
Вот уже я в белом мареве, в молоке. Сжата до пульсирующего лона, до двух поршней, чередующихся в ускоряющемся ритме. Полна удовольствий, на кромке оргазма замерла, как над пропастью. Мечтая сделать последний шаг и не имея внутренних сил. Первыми сводит икры, унося наслаждение. Бедра, ягодицы. Меня ещё хватает на разочарованный короткий звук. Выкручивает предплечья, руки, кисти. Пальцы - когти, не в силах ухватить ускользающую добычу.
В центре меня один, скользит, не выходя, уменьшая аплитуду и ускоряя темп. Впереди пустота. Боль становится жёсткой, отдаляя границу удовольствия. Затапливает собой все вокруг. Темп игренца немыслим. И выстрелом, толкающим меня за грань - губы на лоне, горячий бешенный язык в том же темпе, что и твердость во мне. Удовольствие выгибает. Лечу, растворяясь в эйфорие, будто обрела крылья.
Кровать. Наполненность до краёв. Удовольствие, накатывающее волнами. Кажется не выдержу. Запредельно. К глазам подбираются слёзы и на очередном пике катятся по бокам из-под век. Трепетные успокаивающие поцелуи. И глубокие наполняющие удары.
Еле свожу вместе уставшие ноги. Меня окутывает двумя парами рук, зажимает, мягко поглаживая и нежно целуя...
Завертелось. Первое, что меня ждало по пробуждению - обследование у Арвена. Ториа вошёл в каюту и лишь глянул на близнецов: те, завернув меня в одеяло, передали ему с рук на руки, обещая догнать.
В лаборатории Арвен дал воды и уложил под датчики. Нагую. Старалась не задумываться. Мораль, этика? Если для них приемлемо, если нет даже намёка на неправильность происходящего, на неуважение с их стороны, то и во внутренних моих трепыханиях смысла нет.
Первые слова произнёс Арвен, выдыхая:
- Всё хорошо.
Уже в кают-кампании, под кашу из запеченого огурца с травами, он отчитывался перед Рушианом и Тахиро. Последние при встречи ограничились нежными объятьями без поцелуев и подтекстов.
- Всё в норме. Меня беспокоит только повышенная регенерации. Клетки слишком быстро начинают обновляться, потом выходят на уровень обычный для существ со столетней продолжительностью жизни. Такие перепады... - Арвен замер, подбирая слова. - Это риск, - и поглядел на брата, ища у того поддержки.
- До Вашего отлёта, - Ториа повернулся к Стеву и Венсу, - мы не будем мешать, но после, все перепады энергий надо будет минимизировать.
Рушиан как-то сочувствующе посмотрел на меня, уплетающую мякоть одной из почти дозревших инжирин.
- М-м-м, - пришлось остановиться, слизывая сладкий сок с губ. - Что?
Думала ответит Руш, но нет. Тахиро подошёл, присел рядом и взял мои руки в свои.
- Придётся соблюдать график, малыш. Хотя бы раз в пять суток тебе надо будет быть с каждым из нас.
- Нет, нет, нет! - Рассмеялась. - Так не пойдёт, я не согласна!
Шестеро игренцев смотрели на меня и хмурились. Руш поджал губы. Близнецы повесили головы. Ториа и Арвен сжали кулаки.
- Хорошо, подумаю, как уменьшить количество встреч... - начал Арвен.