- Почему пол сухой?
- Вашему виду нужны увлажненные поверхности? В вашей карте нет данной информации.
- Не нужны. Просто удивилась, как смогла не замочить пол, плескаясь в душе.
- Торсионное поле в проеме настроено не пропускать влагу.
О, дааа. Первоклашка-зазнайка. А вот не буду тешить твое самодовольство, станция, космическая. Как там ежик делал? Хе-хе-хе-хе-хе!
- Понятно. Спасибо.
Подошла к нише и стала вынимать свертки.
- Лея, чем могу еще Вам помочь?
- Информацией, - разворачивая свертки обнаружила одинаковые темно-синие комбинезоны на очень тонком подобии молнии. - Почему я - лея?
Выбрала самый маленький и стала одевать. Молнию расположила спереди, чтобы не мучиться, комбез достаточно мягкий.
- Вы являетесь леей - незамужней женщиной детородного возраста.
Прекрасно, комбинезон сел вплотную на бедрах, был чуть широковат в плечах и свободен в груди. Молнию закрыла узкая планка, которая будто растворилась на ткани. Горловина стоечкой великовата, но это мелочи.
- Как обращаются к замужней женщине?
- Рея.
В последнем свертке оказалась, наверное, все-таки обувь. Мягкие носки из похожей на замшу ткани с выделенным отдельно большим пальцем. Сели они хорошо. А как только я встала, подошва на мгновение нагрелась. Оказалось, поверхность носка, коснувшаяся пола, покрылась мелкими пупырышками и чуть уплотнилась. При этом обувь осталась мягкой и легкой внутри.
- Куда мы летим?
- Информацию о перемещении Вам предоставит команда, вечером в кают-компании состоится объявленный капитаном сбор. Вам следует задать там этот вопрос.
А вот и другие нотки. Не всё тебе можно, станция, космическая, тоже подчиняться приходится. Хотя заметно, как Искре хочется поговорить.
- Чем нас кормят?
- Стандартный паек для вашего гуманоидного типа: питательная смесь, витаминный концентрат и вода.
- Искорка, Искорка, а что там за карточка, которая моя?
- Прошу употреблять мое название верно: Искра Игренка. Карточка из сопроводительных документов, с которыми Вы появились на борту.
- Да это я так, любя, шутя, нарочно. Дай карточку почитать, Искорка? - настроение после душа было безоблачным, так и тянуло улыбаться от интонаций большой станции.
- Если любя, то можно, - мне показалось, что корабль даже заговорил с придыханием, чуть тише чем раньше.
На стол передо мной из стены выдвинулся тонкий лист, испещренный знаками. Кружочки, треугольники... Отставив в сторону воду, подхватила добычу и повела пальцем по знакам. Экран поплыл, затуманился и выдал таблицу с текстом.
Ооо, у червячков есть фанатка!!! Спасибо, спасибо, спасибо! Конечно, не всё, но через слово я смогла разобрать текст. Ай да фиолетовый свет!
Итак, восстановленная особь, половозрелая, без прогнозов стабильности. Больше вопросов появилось, чем ответов получила.
Ну, я так не играю! А где плюшки, варение, торт, в конце концов!? Вот, вот: увеличена регенерация, возможный порог боли десятка и шкала рядом. Максимальный значит. Анализ либидо: выше среднего для гуманоида. Увеличен в пять раз. Это я теперь кошка мартовская? Помнится и так не очень спокойной была, не нимфоманка, конечно, но три, четыре раза в день, это прям хорошо. А арифметика простая. Котам не выжить! Даже не знаю, радоваться или плакать.
Подперла подбородок рукой. Ладно, вздыхать буду в процессе эксплуатации, так сказать. Что тут дальше?
О, репродукция. Все в порядке вроде. Как же трудно продираться через научный язык. Но судя по всплывшим фото, все у меня должно быть хорошо.
А вот что такое восстановленная и стабильность?
Но задать вопросы Искорке не успела, дверь каюты бесшумно исчезла. На пороге стояло двое. Два брата близнеца. Ммм. Ша, я сказала, ша, либидо, сиди тихо!
Да как тут не среагировать? Восток дело тонкое. Формаааа синяяяяя, перчааааткииии - моя мартовская часть пела. Высоченные атлеты, с фигурами пловцов, длинными темными косами, причем кос было много. Но красиво. Если не обращать внимание на глаза, которые тоже были затянуты дымом, это экстаз: твердые подбородки, высокие скулы, прямые, чуть большеватые носы, глаза, опушенные густыми длинными ресницами, брови, что говорится, вразлет.
- Мальчики, я вся ваша! - я же не сказала этого вслух?
Стев и Венс
Спустя двадцать циклов, а один равен земному месяцу, братья оставались единственными надежными членами экипажа станции. Благодаря взаимному обмену энергией, что был дарован всем братьям, тем более близнецам, родной планетой Игренк, они не теряли сознание от раздирающей боли, не замирали, пытаясь обуздать потоки внутри себя. И хотя туман в их глазах за последний цикл уплотнился, они могли продержаться еще месяц другой и подстраховать остальную команду.