Хотелось что-то сказать, но слова застревали. Меня хватило на глубокий вдох и шаг вперёд. Он оборачивался как в замедленом кино, осторожно.
Чёткий абрис. Высокий лоб, прямой нос, сжатые в напряжении губы. Короткий ёжик тёмных волос.
Напротив друг друга на расстоянии в два метра. Свет медленно разгорался, демонстрируя мне жёсткие, волевые черты мужского лица.
Мыслей не осталось. Впитывала облик. Очень бледную кожу, контрастом к ней исиня-черные короткие волосы, широкие прямые брови, пушистые тёмные ресницы. Глаза, темно-серые, уходящие вихрями в черноту, сейчас неотрывно следили за мной.
Шаг, мой и его... Запрокидываю голову. Так хочется... Но что-то держит. Даже рук не поднимаю. Это делает он. Вижу чуть дрожащие пальцы у моего лица. Он кончиками скользит по коже лба, бровям, вниз по носу, щекам. Второй рукой повторяет этот же путь.
- Ты тёплая.
- У тебя ледяные руки.
- Нежная такая.
- Давай согрею.
Перехватываю его запястья и веду раскрытые ладони внутрь волос, пальцами к затылку. Руки Айзека дрожат, с губ срывается глухой стон, когда волосы скользят между пальцев, обволакивая. Кончики останавливаются у моего затылка, поглаживая почти невесомо, отчего по позвоночнику несутся молниями-выстрелами мурашки.
- Я глупец, не...
Не даю договорить, припечатывая пальцем поперёк твёрдых губ.
Сокращаю расстояние и прижимаюсь щекой к его груди, обхватывая за талию, ладонями чувствуя жёсткие мышцы одеревеневшей спины.
- Ты примешь мой кристалл?
Не улыбаюсь. Хочется плакать.
- А как же твой род?
- Он бы все равно погиб...
- А я единственный шанс...
Разумом понимаю, что не права. Что нужно было просто ответить да. Не трепя нервы ему, не выкручивая жилы себе.
Он молчит, утыкается носом в макушку и медленно глубоко дышит. Нет не вздыхает, не нюхает, просто дышит. И я рядом просто дышу. Ком внутри потихоньку тает, отступая.
- Что же ты скажешь своей невесте?
- Ничего. Я не буду иметь права разговаривать с ней, если ты не пожелаешь этого.
- Будешь стоять на Игренке и молчать?
- Буду стоять, молчать и смотреть... На тебя.
Улыбаюсь, а ему не видно. Стискиваю сильнее.
- У Вас что же, матриархат?
- Только в отношении высших замужних лей и глав клана.
Поднимаю голову, касаюсь носом носа, нежно-нежно, что почти щекотно.
- А я буду высшей замужней леей.
- Уже, - он считывает моё непонимание и его губы впервые трогает лёгкая ироничная улыбка, - ты уже высшая рея, а скоро будешь и главой клана.
Тону в его вихрях, губы покалывает от притока крови.
- Твоего?
- Своего. Тебе только надо придумать ему название.
Смотрю вопросительно, жду, что он скажет дальше. Мои руки начинают путешествовать по спине, вдоль твёрдых мышц. Айзек вскидывает голову, резко втягивая воздух сквозь зубы.
- Замри, - выдыхает.
Теперь его руки медленно перебирают пряди моих волос у корней.
- Женщина, получившая пять и более кристаллов, создает свой клан. Становится его главой. Единолично решает судьбы своих детей. Договора на главу клана не распространяются. Фактически, - он снова улыбается лукаво-искушающе, - её мужья принадлежат ей как собственность. Как совсем недавно ты принадлежала мне.
Мысли метеорами перекраивают моё восприятие игренцев и их законов. Да неужели? Прям собственность? Но об этом я подумаю завтра, а пока...
Слияние
Энерджи
Мысли метеорами перекраивают моё восприятие игренцев и их законов. Да неужели? Прям собственность? Но об этом я подумаю завтра, а пока...
Вглядываюсь в капитана, руки которого робко подрагивают в моих волосах. С одной стороны резкие, с другой - по-мужски привлекательные черты лица.
Обьединяло ли их что-то с Тахиро, кроме роста? Не находила сходства, разве что чуть большеватые носы, только у Айзека без лёгкой горбинки, да пушистые ресницы.
- Почему у тебя такие короткие волосы?
- Так легче было носить маску.
Будут ли они завиваться, как у брата, когда отрастут? Непокорными вихрами, только смоляными.
Мои руки сцеплены за его спиной в замок.
- Я... - Мне хочется сказать, что хочу его, его кристалл, его силу.
Но не могу почему-то, прячу лицо на его груди, прячу себя.
Он неожиданно выпутывает свои руки и начинает гладить меня по голове, прижимая к сердцу. У игренцев же есть сердце?
- Я все равно вручу тебе кристалл, - голос тихий, и твёрдый, чуть хрипловатый. Тот самый, что заставляет всех женщин вздрагивать и искать его источник. - Ты - моя...
Слышу, что он хочет продолжить, но молчит. Улыбаюсь, вжимаясь сильнее лицом в черную ткань его комбинезона.