— Я хочу взять кое-что с собой, у меня же Катька дома дрыхнет.
— А когда тебе на службу? — Эдик тревожно глянул на парня. — Ты смотри, не разгоняйся, слышишь?
— Все тип-топ. Мне в понедельник утром. Успею. Короче, я возьму бургер «Нью-Йорк», они в «Кружке» просто классные, потом…
Эдик в пол уха слушал, как его агент торопливо перечисляет позиции из меню, а сам размышлял о том, что его вчерашняя авария, возможно, не была такой уж и случайной.
Часть 3. Желтый карлик
Глава 1
Маленькая праворульная «Тойота» неслась по скользким улицам заснеженного позднего Бишкека.
«До Солнца почти сто пятьдесят миллионов километров. Как этот солнечный ветер способен долететь до Земли, да еще и превратиться из магнитной в электрическую энергию? Непонятно. Но, конечно, этим ученым виднее. Главное, что этот Акыл уже почти согласился на сотрудничество и вот-вот должен был передать часть чертежей в руки Эркину».
Машину завернула с улицы Ибраимова на Киевскую, чуть не выскочив на пешеходную часть и распугав нескольких случайных прохожих.
«А еще эти американцы. Насели на бедного парня, затребовав все материалы по изобретению, мол они должны все проверить, прежде чем дать добро на разработку оборудования и специального программного обеспечения для этого прибора. Как его… Магнитного преобразователя».
Эркин смотрел сквозь занесенное снегом лобовое стекло на дорогу, но мысли его витали вокруг бумаг, которые могли в корне изменить производство электрической энергии на планете Земля. Наконец-то, после трех месяцев переговоров, кыргызский ученый Акыл Маликов решился на работу с российской стороной, и теперь дело оставалось за малым — перевезти парня на неподконтрольную противнику территорию, не забыв, конечно, и о его родных и близких. Ученый неоднократно упоминал об этом, поставив данное условие одним из главных. Там были какие-то неувязки внутри семьи, но Эркин смог убедить парня, что российская сторона сможет предоставить более комфортные условия для дальнейшей разработки магнитного преобразователя. Однако американцы отставать не хотят ни в какую. Вот поэтому терять время никак нельзя. Срочно доложить в Центр. Тем более они уже обещали прислать человека, который имеет большой опыт в работе с «друзьями» из-за кордона.
Автомобиль, заскрипев по снегу покрышками, встал на «красном» светофоре, снова чуть не вылетев на «зебру». Девушка, проходящая мимо, повертела пальцем у виска, но Эркин смотрел сквозь нее, просчитывая варианты окончательного «склонения объекта к сотрудничеству».
Зажегся зеленый.
Представитель регионального Управления по мониторингу среднеазиатского кластера рванул дальше, в сторону посольства Российской Федерации, стараясь успеть до того, как дежурный шифровальщик покинет свое рабочее место и отправится на отдых. Потом будет несколько часов перерыва в эфире, а ждать совершенно не хотелось. Нужно было доложить как можно раньше, чтобы Центр прислал соответствующие инструкции и одобрил все выдвинутые условия молодого ученого.
Внезапно вспомнился университет в Нью-Йорке, где он обучался по стипендии, прежде чем устроиться на работу в Агентство. Он был одним из многих претендентов, но выбрали именно его, так как организация, по всей видимости, собиралась расширить свое влияние в Центральной Азии, и он был нужен в качестве переводчика, а также знатока местного менталитета, традиций и уклада жизни. Ему не предлагали работать на Штаты в качестве осведомителя, и сам он не особо высовывался, скромно исполняя непростые обязанности и стараясь делать свою работу на отлично. После нескольких поездок в родной Кыргызстан, поднабравшись опыта, он со стороны наблюдал, что из себя представляет организация под скромным названием «ЮСАИТ». Содействие в предотвращении конфликтов, поддержка демократии в развивающихся странах мира — все это было лишь прикрытием, ширмой, помогающей держать под контролем небольшую страну, которую можно было использовать в геополитических играх с государствами-гегемонами, такими как, например, Россия.
Сам Эркин был довольно консервативен в таких вопросах, также как и его родители, родившиеся в Советском Союзе. Россия — союзник, США — враг. Безальтернативно. Конечно, многие его одноклассники хотели устроиться в какой-нибудь американский фонд, их развелось великое множество в независимом Кыргызстане, и уехать в Штаты. На худой конец, остаться при организации, выполняя роль переводчика, офисного сотрудника или даже просто водителя. Но он был не таким. Считал, что разбирается во внешней и внутренней политике гораздо больше, чем сверстники. И даже не особо удивился, когда однажды, после его очередного приезда в Бишкек с делегацией из Нью-Йорка, к нему подошли люди из комитета по безопасности и крайне ненавязчиво предложили поработать для родной страны. Он задал несколько вопросов, а потом согласился. Согласился не особо думая, так как знал, что это его. Его дорога.