Дождавшись разрешения, вошла. В кабинете, к моему удивлению, были не только Лиам и герцог, но и Эрик с Кеннетом.
– Поздравляю с победой. ― Мрачно усмехнулся Эрик. ― Как?
– Секрет фирмы. ― Улыбнулась я в ответ. ― Но в следующий раз не смотри ведьме в глаза, когда с ней говоришь.
Эрик кивнул, опустив голову и потирая виски. Да, после воздействия Мары голова жутко болит. Я пару раз соглашалась стать объектом тренировки этой поработительницы чужой воли. Дело в том, что чары ведьмы на другую ведьму не действуют, а мы искали способ этот блок обойти. Не то, чтобы очень хотели всех ведьм себе подчинить, просто интересно было. Вот и тренировались. Даже получилось. Теперь Мара могла любую ведьму вне Круга подчинить. Потому и с магом вышло, тем более он наверняка заранее случайно дал ей со своим сознанием поработать.
– Может, тебе ещё ручку поцеловать в благодарность за совет? ― Резко вскочил со стула Кеннет.
Я улыбнулась.
– Не нужно… Вдруг твой недуг заразен.
Парень сильнее выпучил глаза от злости, став совсем похожим на рыбу.
– Я здоров! И готов продемонстрировать это когда угодно и где угодно!
– И с кем угодно? ― невинно уточнила я.
– Да! ― Не замечая подвоха, заорал злой маг.
– Так вот оно что… А я все думала, откуда такая крепкая дружба…
Эрик хрюкнул, едва сдерживая смех. Кеннет зарычал и хотел что-то ответить.
– Стана, вчера, когда вы виделись с командой Триада вечером, они вам только угрожали? ― Вдруг спросил ректор, прерывая обмен любезностями.
– Нет. ― Я покачала головой.
– Конкретнее. ― Попросил герцог, внимательно всматриваясь в моё лицо.
Как ответить, я задумалась всего на секунду. С одной стороны ― ведьмы действительно не терпят условий, а Лиам старательно этого не понимал. С другой ― мне с ним на Турнир ехать. И хорошо бы, если хоть кто-то из команды не испытывал ко мне ненависти.
Потом улыбнулась и предельно откровенно соврала:
– Ещё делали комплименты и непристойности на ушко шептали.
– Я отчётливо вижу на вас следы воздействия Лиама. ― Зверея, уточнил ректор. ― Какую магию он к вам применял?
– Ну… ― Я снова слегка задумалась. ― Я упала, когда приземлялась, повредила ногу. А он мне помог, вылечил.
– То есть вы плохо приземлились? Вы, ведьма, вероятно, лучше всех сидящая на метле, не сумели нормально сесть и повредили ногу? А потом ваш соперник по Играм потратил свои силы на то, чтобы вылечить вас?
– Да, примерно так.
– Скажите честно, я похож на идиота?
Хотела сказать “слегка”, но вовремя вспомнила, с кем имею честь говорить, а потому остервенело замотала головой. Мол, нет, вообще не похожи.
Ректор зло сощурился.
– Мне передать Совету, что у вас нет к этим юношам претензий?
– Да, никаких претензий. ― Я даже кивнула для пущей убедительности. ― Только бесконечная благодарность за благородное поведение и оказание помощи в нужный момент.
– Все вон. ― Коротко приказал ректор.
Я послушно двинулась к выходу вместе с магами, но герцог остановил меня. Замерла у выхода, провожая ребят грустным взглядом.
– Стана, подойдите. ― Попросил инквизитор. ― Давайте поговорим с вами без масок и тайн. Честно. Я понимаю, что вас разозлили и что теперь по вашим законам вы должны отомстить за оскорбление. Не понимаю, почему вы их покрываете, но это неважно. Только поймите и вы, этот Турнир ― опасное предприятие. Смертельно опасное, понимаете? Вы должны подписать отказ от участия. Для своей безопасности.
– Лорд Аринский, ― вежливо начала я. ― Я победила в Играх и буду участвовать в Турнире.
– Стана, я вынужден просить вас снова. Откажитесь от участия. Иначе мне придётся говорить с вами по-другому.
Я кивнула, грустно вспоминая, что так и думала.
– Вот заявление о просьбе заменить вас в связи с тем, что вы сильно пострадали во время отборочных. Подпишите.
– Нет. ― Уже в третий раз за сегодня отказала я.
Подумалось, герцог вполне способен сейчас убить меня и сказать, что так и было. Его глаза наполнились злостью. Руки сжались в кулаки. Я скорее почувствовала, чем увидела, как вокруг заклубилась сила.
Едва не завизжала, понимая, что ректор готовит смертельный удар!
Вовремя вспомнила о привороте. На всякий случай мысленно проговорила заклинание, которое пробудит “совесть” инквизитора.
– Я могу применить силу. ― Настойчиво напомнил Аринский, наблюдая за моей реакцией и стараясь что-то уловить. ― Не боитесь? Значит, я был прав в своих догадках.
Ректор мрачно усмехнулся, прожигая меня взглядом. Только сейчас обратила внимание на то, как изменился он с нашей первой встречи: лицо осунулось, под такими необычными глазами залегли тени, а общее состояние можно было описать как крайне болезненное.
– Не понимаю, о чем вы. ― Угрюмо ответила я.
Неужели, “совесть” дала побочный эффект? Жутко захотелось взять кровь у ректора, проверить, проанализировать, все рассчитать… Но это укажет на мою вину. А первое правило ведьмы ― не пались. А если спалилась, отрицай!
– Я сразу подумал, что подписанный приказ, потеря памяти и следующие события ― дело рук ведьм, которые с нами обедали. ― Начал ректор свою речь. ― Я даже приказал установить наблюдение за Верховной Ядвигой. Но ошибся… Когда Его Величество получил доклад графа Оуре, он заинтересовался вами. Граф беспрестанно восторгался тем, какая вы чистая и сильная. Клялся, что вы ― будущее нашего королевства и спасение мира от тьмы… Он даже умирал с вашим именем на устах. Я присутствовал на казни обоих друзей. Одного приговорили за работорговлю. Второго за то, что вступился за первого. Бросился защищать, нарушив королевскую волю. И умер как предатель. Напоследок прошептав, что мы должны поверить в правильность союза с ведьмами. Его Величество задумался над тем, что в вас такого углядели, что пошли на нарушение его приказа. Негласного, разумеется. Ведь лучшие маги двора обследовали тела убитых и мою кровь. И не обнаружили следов воздействия. Вообще никаких следов! Это означало, что наше решение ― абсолютно разумно и рационально. Его Величество подписал указ, согласно которому вы обязаны были явиться в мою академию для изучения. Успехи в учёбе показали: выводы комиссии были совершенно верны. Ведьмы действительно могут проходить обучение среди магов, их можно использовать в качестве боевых единиц.
Герцог замолчал, встал из-за стола и отошел к окну.
– Я не понимаю, зачем вы все это говорите.
Ректор обернулся через плечо.
– Вам не стыдно, что по вашей вине погибло два человека?
– Я не имею к их казни никакого отношения. Графа и маркиза казнил палач Его Величества. Но если бы и имела… Им не было стыдно ни за одну погибшую ведьму. Они не отрубали головы, а сжигали таких как я. Заживо сжигали. Взрослых, детей, пожилых женщин. Сжигали за малейшее подозрение, что они могут быть ведьмами. Так что нет, мне не жаль ни маркиза, ни графа.
– А меня? Меня вам не жаль?
– А почему мне должно быть вас жаль, лорд Аринский? Вы живы и здоровы.
– Здоров? ― Ректор рассмеялся. ― Я болен, ведьма! Болен твоим приворотом!
И напряжённый взгляд, будто мужчина старается пробиться к моей совести. В отличие от инквизиторов, у ведьм она имелась. Но тщательно пряталась, когда речь шла о выживании и борьбе за достойное существование.
– Я вас не привораживала. Это доказали все придворные маги. Это доказывает все, что мы знаем об инквизиторах и ведьмах. Ведьма не может приворожить инквизитора. У вас же защита стоит такая, что пробить невозможно!
– Стана… ― Прохрипел ректор, делая шаг ко мне и останавливаясь. ― Ядвига сказала, что делать невозможное ― твоё призвание.
Я вздрогнула, услышав имя Верховной, обещавшей защиту и покровительство.
– Да и сегодняшние игры показали то же самое. ― Продолжил настаивать на своём герцог Смерть. ― Ты подпишешь заявление, и я его одобрю. Доучитесь с подругами в академии, я поспособствую вашей спокойной жизни. Иначе я пойду к королю с заявлением о том, что ты меня приворожила. Знаешь, что будет дальше?