Нет, физически я ощущала боль ― нестерпимую, такую, что ощущалась чем-то инородным под кожей, невероятно захотелось расцарапать эту самую кожу и достать то, что мешает, уничтожить. Останавливало только то, что я знала это проклятие, знала и умела применять. Потому что после того, как Бояну объявили вне закона, меня сначала передали под опеку лорду Висиелу, который представился моим отцом. Он не знал, что ведьмочки, даже столь юные, кровных родственников могут узнать за версту. Я даже в тёте видела родню, хотя крови в нас общей было столь мало, что я бы скорее её как пятиюродную сестру матери классифицировала. А лорд Васиел… Он вообще мне родным не был. Никак. Абсолютно.
И подтвердил это своим поведением во время первой моей поездки в “родовое” имение. Я вздрогнула, будто наяву ощущая руки мужчины на своей шее и тихий шёпот, что больно не будет.
Больно было! Очень больно было!
Но не мне…
Мне было тринадцать, я была напуганной, злой и… Вспомнила первое, что пришло в голову. Проклятье Ишиас-кере. Запрещённое. Самое простенькое, но запрещенное. Лорд не догадался, что это я его прокляла. Вернее ― себя. А он, прикасаясь ко мне перетянул воздействие на себя. Моментально. Потому что оно и действовало таким образом ― сразу.
Мысли о прошлом помогли отвлечься от боли, пока до Веданы медленно доходил смысл происходящего.
Она метнулась ко мне, отбросив по пути Мару, которая явно не понимала, что со мной. Глаза рыжей на мгновение закрылись, а губы зашептали оборотное заклятие. Вообще-то оно должно было просто раствориться, но ведьма подленько усмехнулась и послала проклятие обратно.
Секунда. Другая. И сердце забилось ровно, отходя от боли и медленно возвращаясь к привычному ритму. Еще чуть-чуть и не успели бы.
Восстанавливая дыхание, встала и прошлась по комнате.
– Спасибо. ― Поблагодарила Веду, а потом, глядя исключительно на Мару спросила. ― Как давно тебя стали посещать идеи о том, чтобы инквизиторов…
– Н-неделя. ― Заикаясь ответила светловолосая ведьма.
И я утвердилась в своей мысли ― инкубационный период Ишиас-кере в случае неправильного произнесения формулы может растянуться до двух недель. А маги с проклятиями вообще не дружат. И магессы…
– Меринду притащить в комнату до того, как сдохнет. ― Короткое распоряжение и Ведана с Марой поднялись и беспрекословно двинулись выполнять.
Я вновь прикрыла веки, чтобы тут же их открыть. Нет, Меринда недостаточно сильна. Значит, не она. Или дело не просто в Ишиас-кере. А в наложении двух проклятий параллельно? Или странное поведение Мары никак не связано с попытками навредить мне, ей и Ведане?
Девочки вернулись через пару минут, притащив с собой полуголую плачущую приятельницу. Я внимательно посмотрела на неё, магесса отползла дальше, не стесняясь того, что она перед нами в одном белье.
– Где вы её нашли?
– В коридоре мужского общежития. ― Холодно ответила Ведана.
Я кивнула, решив не уточнять, почему они вообще там искать стали. Присела на корточки рядом с Мериндой и внимательно к ней пригляделась. Губы распухли от поцелуев, глаза покраснели от слез.
– На мою подругу наложили опасное проклятие. Сделать это можно было только при непосредственном телесном контакте. Кто и когда? ― Говорила спокойно, но судя по тому, как поежилась девушка, выглядело это жутко.
– Я н-не знаю. ― Выдохнула она спустя пару секунд. ― Правда, не знаю.
– Я обнаружила на ней твой след. И, если ты не скажешь, кто и когда это сделал, то мы пойдём к ректору и сообщим о применении к нам смертельного проклятия, умолчав о том, что, кроме твоих, тут были следы мага посильнее. Он будет вынужден передать тебя ведьмам для суда. Как думаешь, насколько жестокой будет твоя казнь?
Девушка вздрогнула и посмотрела на меня неверяще. Я улыбнулась, давая понять, что сделаю то, о чем говорю.
– Он… Он… Он сказал, что это просто шутка, ничего серьёзного! Я не знала, что это может убить… Я не знала…
Меринда доверчиво заглядывала в глаза, говорила сбивчиво и выглядела по-настоящему напуганной.
– Кто?
– Если я скажу, он меня убьёт… Убьёт!
Задумчиво кивнула и поднялась с пола.
– Где конкретно вы её нашли?
Ответила Мара, рассматривающая девушку с презрением и не поддельным интересом.
– Она стояла между комнатами три единицы пять и три единицы шесть. Плакала и не могла двинуться с места.
– Свяжите её. Но до моего возвращения не трогайте.
И я пошла на поиски того, кто сейчас спокойно мог умереть. Потому что Ишиас-кере ― смертельное проклятие, пусть и снимается довольно легко. Выходя из комнаты, призвала метлу и запрыгнула на неё, взлетая на высоту одиннадцатого этажа, преодолевая расстояние между нашим и мужским общежитием. Окно на одиннадцатом оказалось закрыто, потому я залетела на десятый, пролетела по длинному и широкому коридору, распугивая студентов, и через лестничный пролёт поднялась на нужный этаж. С метлы спрыгнула только в тот момент, когда нашла комнаты 1115 и 1116.
Сначала постучала в пятнадцатую. Дверь открыл один из Когтей, тот самый, что был единственным уцелевшим после атаки грибочками.
– Ты? ― прорычал парень, готовый броситься на меня с кулаками.
– Я! ― Рявкнула ведьма в ответ, оттолкнула мага и захлопнула дверь.
Если не умирает от боли, значит не он. Дверь в соседнюю комнату я просто выломала, влетела внутрь и уставилась на открывшуюся картину. Глазастый сидел на полу, прислонившись спиной к кровати, обнимал себя за плечи и смотрел в никуда. Рядом на корточках сидел Лиам и пытался лечить друга. Лечить. Магией. Проклятье!
Я молча рванула к незадачливому магу, вспоминая слова оборота.
– Ишиас-кере мара дикте. ― Прошептала, положив руку на голую грудь Кеннета.
Мышцы парня расслабились, свидетельствуя о том, что боль ушла, оставляя после себя только чувство опустошенности.
Я встала, наблюдая за тем, как приходит в себя маг, как делается осознанным его взгляд, и развернулась, чтобы уйти, но была остановлена Эриком, который стоял в дверях.
Не рассчитывала я встретить их здесь! Думала, если Меринда тут была, то Кеннет точно наедине с девушкой оставался ― учитывая, что она полуголая в коридоре сидела.
– Блондинка подчиняет волю любого. ― Заметил парень, делая шаг ко мне. ― Рыженькая скорее всего прорицатель. Слабенький. Но этого хватило бы, чтобы её похитили и держали в высокой-высокой башне до конца дней. А ты?
Посмотрела с вызовом на того, кто недавно улыбался и казался благодушным. Прокляла свою невнимательность, потому что сейчас со всей ясностью поняла: одна против троих магов не выстою. А девчонки совсем без сил ещё ― вызывать их смысла нет.
– Проклятия. ― Спокойно соврала, все так же глядя в глаза парню.
Тот усмехнулся и сделал ещё шаг. Я не отступала ― смысла не было. Сзади ещё двое.
– Если бы это было так, на тебя бы и проклятие Нэта не подействовало.
– Если бы это было не так, ― в тон ему ответила я. ― Я бы не сумела его снять и сейчас была бы мертва. Как и ваш друг. Насколько идиотом нужно быть, чтобы на ведьм с проклятиями идти?
Сзади кто-то зарычал.
Я всерьёз задумалась над тем, чтобы активировать совесть у ректора. Потому как если кину духу призыв ― мой приворот усилиться. И, вероятно, этого хватит, чтобы герцог почувствовал опасность, в которой я нахожусь, и пришёл на помощь. Потом так же легко можно усыпить совесть. Теоретически. На практике я даже не знаю, почему он сейчас приворожен ко мне, а значит рисковать не буду ― кто знает, чем это для него закончится.
– Ты окажешься от участия в турнире. ― Холодно прозвучал ультиматум Лиама.
Рука парня легла на моё плечо и слегка сжала. Сжала как бы слегка, но боль я ощутила отчётливо.
– Иначе? ― Спросила, выплетая защиту вокруг себя: благо резерв был почти полон.
– Иначе, ― короткая усмешка. ― Сдохнешь.
И вот тут бы мне согласиться или хотя бы сделать вид, что согласна. Но вместо этого ведьма разозлилась. Лёгким движением руки раздвинула первый и второй слой щита, параллельно выплетая боевое заклятие и оставляя его между этими самыми слоями. Одновременно с этим создавая ещё два плетения: парализующее и иллюзию.