– С чего такой вывод?
– Бумаги в мешках не были исписаны. Внутри находились заранее заготовленные измельченные бумаги, которые должны были поглотить капли крови, не стекшие ранее.
Я встала и подошла к окну. Зачитанные до дыр книги Конан Дойла, Агаты Кристи и Коллинза, похоже, пригодились. Меня переполнял азарт и предвкушение найти ниточки и распутать этот клубок.
Повернулась к капитану. Он неподвижно застыл в кресле, боясь сбить меня с мысли.
– Дальше интереснее.
Он кивнул, не отрывая взгляда от моего лица.
– Я представляю, сколько это мороки – разрезать тело на одинаковые части и слить кровь. Куда? И знаете, что? Мне страшно такое говорить, но думаю, что кровь сливали не из разных кусков. Остались бы следы – времени прошло совсем мало. Его лишили сознания чем-то банальным. Например, ударом по голове. Магическая атака отменяется потому, что на нем не могло не быть стационарного защитного поля. Когда лорд потерял сознание, его подвесили за ноги и повредили артерию на шее. – Я закрыла глаза, пытаясь отрешиться от возникшей перед глазами синей руки среди бумаг. – В отчетах этого не было, но ведь на голове были следы от удара?
– Да.
– Это был кто-то знакомый. Кто-то, кому он доверял и подпустил к себе достаточно близко для удара. Подставил спину. – От усталости и возбуждения меня била мелкая дрожь. – Если бы я не выбросила тот документ, вечером служба уборки отвезла бы мешки к переходам и выбросила на Уровни. И все – никаких следов.
Я только сейчас задумалась о системе избавления от мусора в Империи – его просто выбрасывали в незаселенные миры. В миры, где нет светил. Где вечная тьма и те, кого Империя посчитала слишком опасными, чтобы жить здесь. Или слишком осведомленными.
– Хорошо. Это хорошо. Почти к таким же выводам пришла и наша следственная группа. Но не во всем. Я не буду знакомить вас с нашими выводами, чтобы вы не переключились подсознательно на них. Но ваша наблюдательность и логика приводят меня в восхищение. Поверьте, я редко такое говорю.
– Я вам зачем свободный график дал, леди Тамао?! – Лорд Итари влетел в кабинет, грохнув дверью.
Проследив за полетом штукатурки, я пожала плечами:
– Я ознакомилась со всеми материалами и высказала капитану свои соображения.
– Я давал вам на это неделю! Или вы поставили цель заморить себя? – Глава СБ грозно сверкал на меня глазами, но я так устала, что на это реагировать уже не было сил.
Поток адреналина схлынул, оставив после себя ощущение опустошенности. Я села в свободное кресло и устало закрыла глаза. Было что-то еще, что маячило на периферии моего сознания, но никак не желало всплывать. Что же не так с этим делом?
Двое мужчин с удивлением смотрели на хрупкую девушку в кресле. Она обнимала колени, положив на них голову. Постепенно черты лица разгладились, а дыхание стало более плавным и глубоким. Спит.
Капитан перевел взгляд на Итари. Мужчина застыл посреди кабинета, изо всей силы сжимая кулаки, на его лице отражалась внутренняя борьба. Вдруг он резко выдохнул, приняв для себя какое-то решение. Подхватил девушку на руки и вынес из помещения.
– О как, – хмыкнул капитан и продолжи свою работу.
Когда я проснулась, солнце прямыми лучами освещало мою комнату на чердаке. Значит, уже за полдень. Как я здесь оказалась? Наверняка капитан тащил меня домой. Нужно будет отблагодарить его.
Сейчас следует пообедать и приниматься за домашнее задание. Завтра на учебу. Доводы разума неоспоримы, но подушка была такой мягкой, а одеяло теплым, что вставать совершенно не хотелось.
– Мр-р? – Айк, как оказалось, спал под кроватью, а сейчас начал активно проявлять свою любовь.
– Привет, малыш. Как я соскучилась! Петер говорит, ты себе пару нашел?
Кот довольно заурчал, всем своим видом выражая самодовольство. Прямо герой-любовник.
– А-а-а! – Санни забежал в комнату и прыгнул ко мне на кровать. – Ты дома. Ура!
Кира неловко мялась у двери. За последнее время она немного освоилась и даже поправилась. Теперь хотя бы не напоминает ходячий суповой набор.
– Ложись рядом, Кира. И рассказывайте, как дела у вас на учебе.
Девочка доверчиво прижалась к моему боку, обнимая при этом и Санни. Я просто чувствовала – они впитывают любовь и ласку, как мучимый жаждой воду в пустыне. Бедные дети. Айк принялся мурлыкать еще сильнее, напоминая небольшой трактор.