Моя интуиция просто вопила о том, что я обязана следовать за ним. Со стоном забросив сумку с учебниками в сугроб, я помчалась за мужчиной. Вскоре он заметил меня и принялся петлять как заяц, пытаясь уйти от погони. Тьма, и зачем я за ним бегу? Что я ему скажу, когда догоню? Мужчина еще раз обернулся – и нырнул в огромную нору, которая располагалась у стены дома.
Вдруг он сейчас ждет меня там и стукнет по голове, если я прыгну следом? Я обернулась, но никого не было рядом. Послав магический сигнал в СБ, я все-таки прыгнула в темноту. Ну не дура ли?
У вас бывало так: проснешься утром, и не можешь понять – это был сон или все случилось на самом деле?
Я находилась в пещере. Кажется. Стены светились слабым светом и двигались, плавно изгибаясь то в одну, то в другую сторону. Полный сюр. Под ногами тропинка, дальше мох. Над головой, высоко-высоко, светится свод пещеры. Надеюсь, что пещеры, а не желудка какой-то огромной твари.
За спиной у меня никакой норы не оказалось. Все та же тропинка. Я сделала шаг вперед, и почва под моей ногой засветилась. Еще шаг. Через десяток шагов первый след погас. Наверное, дроу вывалился не здесь, так как по мху идти оказалось нереально – погружаешься сразу по пояс, а светящихся следов его не видно.
Решила просто идти вперед. Рано или поздно я же должна куда-то выйти? Экстренная ментальная связь, которая, по словам Бутча, должна была работать на любом расстоянии, не отозвалась. Отлично.
Через час мне стало скучно. Ничего не изменилось. Через два часа начали болеть ноги. Через три – я испугалась. Еще и сумку с бутербродами в сугроб выбросила.
Наверное, по моему сигналу прибудет патруль СБ. Но что дальше? Никто ничего не видел. Найдут ли они нору? Может, мне следовало оставаться на месте? А если не найдут? Тьма все это подери! Два месяца спокойной жизни – и на тебе.
Я сделала еще шаг, и в буквальном смысле уперлась носом в стену. Что-то это мне напоминает. Блин, только я могу стать попаданкой дважды за год.
– Света во Тьме! – сказала я, ни на что особо не надеясь.
Просто по сценарию, где-то сейчас должен объявиться дедок-змеечеловек. Точнее, он должен был объявиться раньше и привести меня сюда. Вот же она – оборонная стена крепости, едрить ее налево.
– Тени, – услышала я.
Обернулась – никого.
– Это кто? – спрашиваю.
Если сейчас мне ответят: шизофрения, то все встанет на свои места. Можно больше не переживать.
– Дух-хранитель Эленберга!
– Я что, у эльфов?
– Что?
Дух так удивился, что даже стал видимым. Ничего такой – молодой симпатичный демон.
– Я в Нижнем мире! – осенило меня.
– Да. – Дух был полупрозрачным, но от него расходились волны нечеловеческой силы.
– Мне бы с Окамэ связаться. Можно?
Мой собеседник побледнел, съежился и задергал левым глазом. Он испуганно огляделся, словно боялся, что нас могли услышать, и приложил руку к губам, которые выцвели до бледно-серого цвета.
– Вы что, – его голос был еле слышен, – про наследного принца объединенных Нижних миров и сына самой Тьмы говорите?
К концу он и вовсе беззвучно шевелил губами. И вот тут у меня закралась мысль, что Окамэ вовсе не такой зайка, каким пытался казаться. Что, в принципе, логично – зайки среди акул не выживают.
– Сын Тьмы? – Я тоже перешла на шепот и принялась озираться по сторонам.
– Конечно. Он же сын богини! Вы откуда вообще, что об этом не знаете?
Вот те раз! Все интереснее и интереснее.
– Вы это серьезно? А отец у него кто?
– Так, не заговаривайте мне зубы. Отвечайте на вопросы. – Дух воинственно сложил руки на груди.
– Я бежала за дроу, а он в кроличью нору прыгнул. Я за ним. Выпрыгнула тут.
– Так, а зачем бежала?
– Я – сотрудник СБ. – И снова перешла на шепот: – Мы с Окамэ вместе учимся. Так что там с отцом?
Дух печально на меня посмотрел, огляделся по сторонам и стал совсем хмурым:
– Меня теперь развеют.
– Почему?
– Зафиксировали незаконный портал перехода в наш мир. Послали меня. А я мало того что дроу проворонил, так еще и вас пропустил. Говорю же, развеют.