Выйдя на крыльцо, я медленно потянулся, наблюдая как моя собака накручивает круги вокруг дома, играя с отчимом. У меня был смешной пес, непонятной породы, то ли это цверкшнауцер, смешанный с пуделем, толи болонка, сходившая в салон. Я всегда любил собак, за их верность и искренность. Неожиданно я почувствовал первый позыв коричневых повстанцев у меня в животе. Ощущение было не из приятных и в мгновение я отправился к старому туалету. Держась одной рукой за отходящую дверь туалета, а другой упершись в стену, дабы не грохнуться в ведро с говном я начал метать гавеные сосиски размером со Сникерс. «Да, да господи, как же хорошо. Что? Опять эти чертовы пауки! Зараза! Сиди сиди, вот ща отбрыкаюсь и грохну тебя мелкий засранец. Так, а это еще что?» Я больше всего ненавидел этот звук, звук приближающейся осы, которые для меня были самыми отвратными насекомыми. Если раньше они летали себе с цветка на цветок, вызывая интерес своей занятостью подобно бизнесменам, то сейчас они садились на все что угодно. Не брезговали ни дерьмом, ни пузом дохлой жабы. А как они любили покусать меня… О это был для них, казалось главный чудесный момент в жизни – укусить Дрона и, выпустив с жалом кишки лежать, подергиваясь то и дело своим полосатым брюшком, смотря как я матерюсь от боли. На этот раз мне повезло, то ли запах говна был настолько свеж для нее, то ли моя нагота не впечатлила ее. Вобщем я быстро подтершись вылетел из сортира и пошел умываться. Шланг так нагрело, что вода казалась парным молоком. Я не торопясь наслаждался каждой секундой. Я прекрасно понимал, что яма сама себя не докопает и песком не засыплет, и эта мысль немного расстраивала меня. Уж очень хотелось поваляться в кресле и позагорать. «Ох ну нечего себе!» – пронеслось у меня в голове. Через сеточный забор стояла моя соседка, молодая мама. Это было один из моментов, когда хотелось тут же припасть к ногам женщины и целовать каждый ее миллиметр.
- Здравствуйте! – звонко как пуля сказал я, широко улыбаясь и стараясь казаться вовсе не заинтересованным в ее розовых от загара бедер, так и манящих к себе со словами «Намажь и оближи!»
- Здравствуй Андрюш – бодренько ответила она.
Ей было чуть больше 30 лет. Среднего роста, спортивная фигура и очень приятные черты лица, особенно мне нравилось, когда она задавала какой-нибудь вопрос и долго всматривалась тебе в глаза с милой улыбкой дожидаясь любого ответа. Она что-то сажала, то и дело брав со столика напротив какие-то семена. С трудом оторвав взгляд от ее потрясающего тела, облаченного в ярко синий купальник я пошел есть.
- Эй хозяева! Хозяева! – за калиткой раздался цыганский голос.
- Нет, спасибо, нам ничего не нужно- не спрашивая причины отвечала мать.
- Металлолома нет, хозяйка? – настойчиво продолжала цыганка, будто не замечая ответа.
- Нету, до свидания! – моя мама была очень раздражительна, особенно когда ей мешали наводить порядок в доме.
Доев свой завтрак, я отправился в яму чудес, убеждая себя, что это для моей же задницы. Оставалось совсем немного, яма была практически готова, нужны были каменные блоки. Машинально повторяя однообразное упражнение лопатой, я задумался над чертовщиной, происходящей со мной за последние 2 дня. «Может у меня психическое расстройство? Интересно какие симптомы у сдвинутых людей? А может во всем виновато солнце? Да, точно скорее всего мне просто нагрело голову…конкретно нагрело.»
Тем временем на 7 линии Стас, матерясь упаковывал барахло для завтрашней поездки на рыбалку, а значит вечер обещал быть для него достаточно коротким и унылым.
- Эгегей! Ахаха, куда это ты собрался? Давай-ка выгребай свои удочки и поехали купаться. - Ян начал стараться сделать невероятное- заставить Стаса изменить его график.
- Не, дел полно, а вечером лень будет, на автобусе поехали. – Стас выдавал такого плана ответы словно компьютер, защищающийся от вируса самым последним обновлением.
-Да харош тебе. Давай короче выгружай свой калл, а я пока пойду за остальными зайду.
- Не, я сказал не могу-на автобусе или никак.
-Ага канеш, всё, не считается- уже уходя говорил Ян.
- Погоди, я с тобой, мне в магазин заодно надо зайти.
Солнце беспощадно палило в тот день, на небе не было ни одного спасительного облака, которое хоть на несколько секунд позволило бы скрыться от его давящего взгляда. Тени деревьев от легкого дуновения ветра начинали кружиться в медленном вальсе, завораживая своим исполнением. Воздух, казалось, был пропитан счастьем, каждый вдох наполнял нас не кислородом, но жизнью. Вокруг бурлила жизнь, люди занимались своими проблемами, лишь изредка проезжала грузовая машина с песком или строительными материалами, нарушая своими инородными для этих мест звуками гармонию условности. Маленькая девочка носилась по волейбольному полю за бабочкой шоколадницей, рядом ребята играли в футбол то и дело комментируя каждое действие, а рядом с прудом уже обустроились местные торгаши, собирая вокруг себя все больше народу. По центральной линии народ словно стая пчел носился туда-сюда, у всех были свои проблемы и заботы. Стас с Яном тоже имели свои проблемы и заботы на ту минуту, а именно проблема сушняка и забота о бюджете.