Приободрившись самую малость, я отправился в сторону 7 линии. Серость в небе никуда не исчезала. На всю неделю обещали жару и до + 33. Вот дерьмо, и тут обманули! На мгновение мне показалось что тучи немного рассеялись и за ними находится что-то громадное и черное. Не став углубляться в особенности погодных условий нашего региона я, ускорив шаг пошел дальше. Ничто в этом месте не хотело подавать признаков жизни. Все участки облачились в одну одинаковую мантию безразличия. Вокруг домов редко, где валялась хозяйственная утварь и пару предметов из сада. Местами проходя мимо очередной линии у меня начинала сильно болеть голова. Я попросту не мог даже глядеть в сторону некоторых участков. Было ощущение затягивания, странное чувство, будто твое сознание начинает делиться надвое, и ты не способен контролировать собственные мысли. Дойдя до 8 линии со всех сторон мне начали слышаться странные голоса. Меня немного оживил тот факт, что хоть кто-то еще недоволен нынешней обстановкой, и я ускорил шаг. Стройный ряд берез у правления равномерно покачивался из стороны в сторону. Необычный туман, что я видел на своей линии так же окутывал местный пожарный пруд, а у самого пруда как ни странно совсем не было мусора. В местах, где восседали торгаши и сменявшие их ночные синяки не валялось ни единого фантика, не то, что бутылки или горсти пакетов. Приглядевшись повнимательней я увидел нечто необычное- из пруда, по мелкому лоточку текла вода, в сторону леса. Невероятно ровный контур вел воду к лесу, местами петляя, но в основном соблюдая строгую направленность. Я стоял в середине перекрестия, ровно, не двигаясь. На мгновение мне показалось, что я увидел кого-то на ближнем к пруду участке, но это было всего лишь чучело. Облака снова скрыли странное черное пятно, которое лишь местами выглядывало сквозь вату облаков. Я направился в старый деревянный домик, с облезшей голубой краской, которая тонкой корочкой слетала с него. Ветхие ступеньки, из за которых все чертыхались так же грустно поскрипывали. Дверь была не заперта, и легким движением я приоткрыл ее. Пытаясь привыкнуть к темноте, царящей там, я не спеша проходил внутрь, в комнату, куда обычно приходят малоимущие граждане, в надежде уболтаться не дороже 7 рублей. Выделяющийся на всем древнем фоне стеклянный стол, на котором стоял телефон был покрыт неприлично толстым слоем пыли. У меня, к счастью не было аллергии на подобные вещи, но все же желание хорошенько прибраться тут возникало позже не раз. Взяв грязную красную трубку телефона и прислонив ее как можно сильнее к правому уху я, так и не дождался долгожданных гудков. Тишина окутывала всё вокруг, а темнота больше не пугала, она скорее вызывала какую-то странную печаль. Я пару раз пытался набрать на барабане пару знакомых номеров, столько же раз нажимал кнопку сброса, но телефон никак не реагировал. Сгоряча я бросил трубку об пол. Мысли в голове разбежались по углам, кто как могла. Кричать или звать кого-то не было смысла, почему-то я был уверен в этом. Конечно и само пребывание в таком месте не вызывало желание привлечь к себе лишнее внимание. Споткнувшись о кучу книг, лежавших на полу у входа, хорошенько проматерившись я вышел из правления. Мерзкая серость никуда не исчезала. Стоя на маленьком мостике через канаву я пытался сообразить, что мне делать дальше. Живот немного урчал и решив подкрепиться я направился в местный магазин, что стоял в 20 метрах от правления. Вдали у леса с неба стали падать яркие лучи, разрезающие серую пелену. «Наконец-то, давай родной, жги!». Но лучи, блеснув еще пару раз были вновь поглощены серой небесной жижей. Дверь в магазин была закрыта, а ставни на окнах опущены. Снова выйдя на централку, я стал перебирать в голове различные вариации происходящего. «Так, должно быть рациональное объяснение всему происходящему. Я не мог проваляться в лесу тысячу лет и уж точно все дачники вокруг не могли за раз уйти за грибами. Думай, думай сраная твоя башка! Почему никого нет?! Может быть нашей стране что-то угрожает и всех эвакуировали?! Точно! Наверняка за мной приедут позже. Мама обязательно приедет, она наверняка уже ищет меня. Просто надо подождать, просто…» Усталые глаза то ли вконец перестали слушаться меня, либо лежа в лесу я надышался порами редких галлюциногенных грибов. Стоя все на том же мостике я наблюдал картину, которая, наверное, должна вбирать в себя все самые яркие слова, которые только могут изрекаться самыми искушенными из поэтов или ученых. Небо согнало с себя серость и мне предстал темный, точнее, скорее черный небесный свод. Свод местами опоясанный волнистыми полосками разных цветов, на котором не было ни одной звезды. Ноги мои немного подкосились, я упал на колени. Передо мной не было неба, небо закрывало непонятное светило, которое по-видимому находилось на очень близком расстоянии с нашей планетой. Губы мои шевелились, я не мог произнести ни слова. Искреннее удивление, то, что бывает у самых маленьких
Приободрившись самую малость, я отправился в сторону 7 линии. Серость в небе никуда не исчезала. На всю неделю обещали жару и до + 33. Вот дерьмо, и тут обманули! На мгновение мне показалось что тучи немного рассеялись и за ними находится что-то громадное и черное. Не став углубляться в особенности погодных условий нашего региона я, ускорив шаг пошел дальше. Ничто в этом месте не хотело подавать признаков жизни. Все участки облачились в одну одинаковую мантию безразличия. Вокруг домов редко, где валялась хозяйственная утварь и пару предметов из сада. Местами проходя мимо очередной линии у меня начинала сильно болеть голова. Я попросту не мог даже глядеть в сторону некоторых участков. Было ощущение затягивания, странное чувство, будто твое сознание начинает делиться надвое, и ты не способен контролировать собственные мысли. Дойдя до 8 линии со всех сторон мне начали слышаться странные голоса. Меня немного оживил тот факт, что хоть кто-то еще недоволен нынешней обстановкой, и я ускорил шаг. Стройный ряд берез у правления равномерно покачивался из стороны в сторону. Необычный туман, что я видел на своей линии так же окутывал местный пожарный пруд, а у самого пруда как ни странно совсем не было мусора. В местах, где восседали торгаши и сменявшие их ночные синяки не валялось ни единого фантика, не то, что бутылки или горсти пакетов. Приглядевшись повнимательней я увидел нечто необычное- из пруда, по мелкому лоточку текла вода, в сторону леса. Невероятно ровный контур вел воду к лесу, местами петляя, но в основном соблюдая строгую направленность. Я стоял в середине перекрестия, ровно, не двигаясь. На мгновение мне показалось, что я увидел кого-то на ближнем к пруду участке, но это было всего лишь чучело. Облака снова скрыли странное черное пятно, которое лишь местами выглядывало сквозь вату облаков. Я направился в старый деревянный домик, с облезшей голубой краской, которая тонкой корочкой слетала с него. Ветхие ступеньки, из за которых все чертыхались так же грустно поскрипывали. Дверь была не заперта, и легким движением я приоткрыл ее. Пытаясь привыкнуть к темноте, царящей там, я не спеша проходил внутрь, в комнату, куда обычно приходят малоимущие граждане, в надежде уболтаться не дороже 7 рублей. Выделяющийся на всем древнем фоне стеклянный стол, на котором стоял телефон был покрыт неприлично толстым слоем пыли. У меня, к счастью не было аллергии на подобные вещи, но все же желание хорошенько прибраться тут возникало позже не раз. Взяв грязную красную трубку телефона и прислонив ее как можно сильнее к правому уху я, так и не дождался долгожданных гудков. Тишина окутывала всё вокруг, а темнота больше не пугала, она скорее вызывала какую-то странную печаль. Я пару раз пытался набрать на барабане пару знакомых номеров, столько же раз нажимал кнопку сброса, но телефон никак не реагировал. Сгоряча я бросил трубку об пол. Мысли в голове разбежались по углам, кто как могла. Кричать или звать кого-то не было смысла, почему-то я был уверен в этом. Конечно и само пребывание в таком месте не вызывало желание привлечь к себе лишнее внимание. Споткнувшись о кучу книг, лежавших на полу у входа, хорошенько проматерившись я вышел из правления. Мерзкая серость никуда не исчезала. Стоя на маленьком мостике через канаву я пытался сообразить, что мне делать дальше. Живот немного урчал и решив подкрепиться я направился в местный магазин, что стоял в 20 метрах от правления. Вдали у леса с неба стали падать яркие лучи, разрезающие серую пелену. «Наконец-то, давай родной, жги!». Но лучи, блеснув еще пару раз были вновь поглощены серой небесной жижей. Дверь в магазин была закрыта, а ставни на окнах опущены. Снова выйдя на централку, я стал перебирать в голове различные вариации происходящего. «Так, должно быть рациональное объяснение всему происходящему. Я не мог проваляться в лесу тысячу лет и уж точно все дачники вокруг не могли за раз уйти за грибами. Думай, думай сраная твоя башка! Почему никого нет?! Может быть нашей стране что-то угрожает и всех эвакуировали?! Точно! Наверняка за мной приедут позже. Мама обязательно приедет, она наверняка уже ищет меня. Просто надо подождать, просто…» Усталые глаза то ли вконец перестали слушаться меня, либо лежа в лесу я надышался порами редких галлюциногенных грибов. Стоя все на том же мостике я наблюдал картину, которая, наверное, должна вбирать в себя все самые яркие слова, которые только могут изрекаться самыми искушенными из поэтов или ученых. Небо согнало с себя серость и мне предстал темный, точнее, скорее черный небесный свод. Свод местами опоясанный волнистыми полосками разных цветов, на котором не было ни одной звезды. Ноги мои немного подкосились, я упал на колени. Передо мной не было неба, небо закрывало непонятное светило, которое по-видимому находилось на очень близком расстоянии с нашей планетой. Губы мои шевелились, я не мог произнести ни слова. Искреннее удивление, то, что бывает у самых маленьких