За своим вечно саркастичным выражением лица, Монифа скрывала настоящие эмоции, а точнее страх. Нил осознала, что не она одна боялась замужества.
Жрица снова перевела равнодушный взгляд, на горящие медовым пламенем, глаза Монифы.
- Думаю, они все же лучше знают, что хорошо, а что плохо для людей в целом. Разве не в этом смысл? - Нил чувствовала себя безэмоциональной каменной колонной, в то время, как Монифа рядом с ней буквально кипела от злости. - Что для них чувства какой-то одной девушки. Иногда приходится жертвовать кем-то одним, ради блага большинства.
Сказав это, Нил почувствовала, как сухо прозвучали ее слова. Несколько секунд Монифа молчала.
- Почему ты их защищаешь?
- Что?
Нил озадачил этот вопрос.
Я никого не защищаю, я говорю, как есть.
- Ты защищаешь их, когда сама скорее на себя руки наложишь, чем позволишь к себе притронутся этому...
Монифа не смогла подобрать слов и просто многозначительно уставилась на собеседницу. В мыслях Нил послышался треск. Это раскололась ее маска. Жрица взглянула на Монифу ошарашенными глазами.
- С чего ты взяла...
- Ой да ладно тебе! Нил, я знаю, как после такого ведут себя женщины, да тебя трясёт от одного мужского взгляда.
- Как...
- Это все видят, Нил. И Исида тоже. Вот только ей на это плевать. И плевать на то, как плохо будет тебе.
Нил сглотнула. Она ощутила, как шею обдало жаром. Сделав судорожный вдох, она попыталась привести мысли в порядок.
- Хватит, Монифа, ты увлеклась.
Щёки собеседницы пылали, в то время, как Нил на оборот, стала ещё более бледной. Жрицы замолчали. Им больше было нечего сказать друг другу. Нил отвернулась от Монифы и стала разглядывать гранитные колонны.
Неужели это так заметно?
Подумала девушка и сглотнула накопившуюся во рту горечь. Не то что бы ее сильно расстраивало отношении Исиды, Нил прекрасна знала богиню и всегда была готова терпеть ее характер. Единственной целью жрицы за последние два года стал поиск искупления, а получить его можно было только путём верной службы какому-либо богу.
Кстати, к моим грехам буквально позавчера прибавился ещё один.
Нил еле удержалась, чтобы не сплюнуть.
И какого Апопа этот нубиец мне доставляет столько проблем, чего он вообще добился этим нападением?
7
Их выстроили в шеренгу. Двенадцать молодых, крепких и не очень, но по-своему красивых девушек. На каждой был яркий, переливающийся драгоценностями наряд. Хоть Нил и была одета в более сдержанный калазирис нежели остальные, но он все равно был расшит цветными бусинами из бирюзы, а в волосы девушка вплела золотые нити. Она посчитала, что будет уже слишком, если одна из жриц заявится на приём, одетая, как какая-нибудь служанка.
Шуршание дорогих тканей и тихий звон украшений мешал Нил сосредоточится на своих мыслях, но как только огромные двери распахнулись, и в зал сделал шаг первый нубиец, девушка напряглась. В голове все ещё тлел образ корчившегося под пытками второго наемника. Исида как обычно все поручила Нил, и ей пришлось выслушивать стоны, оскорбления, ругательства, плачь, молитвы... все что угодно, но только не ответы на вопросы.
Моргнув, Нил увидела знакомую серебристую макушку. Сегодня Тот снова был без накидки. Девущка этому искренне обрадовалась. Взгляд мог преспокойно насладиться видом его невероятных крыльев. Вечерний свет придавал перьям удивительное серебристое сияние. На лицо Тот напялил причудливую маску в виде клюва. Серебристые волосы струились из-под неё длинными прядями и доходили богу до самого пояса.
Нил мечтательно вздохнула. Каждый раз она просто физически не могла отвести от Тота взгляд, как вообщем-то и другие жрицы, они удивленно перешептывались, искоса поглядывая на бога мудрости. В его движениях просматривалась такое изящество, что даже Мариам могла позавидовать. Глаза, как и в прошлые встречи горели каким-то неведомым озорным огоньком, а губы растянулись в приветливой улыбке.
В центре зала на троне восседала Исида. Как всегда, великолепная и в то же время грозная, словно небо перед бурей. Ярко голубой калазирис струился изящными складками по ее фигуре. На ней почти не было украшений, а крой платья казался очень простым, по сравнению с нарядами ее жриц.
Уголки губ Нил дернулись вверх. Исиде не нужна была роскошная одежда, чтобы выглядеть великолепно.
Если и есть здесь кто-то по-настоящему красивый - так это определенно госпожа.
Излишний блеск и драгоценные камни только бы помешали разглядеть в ней эту странную, могущественную природную красоту. Рассматривая богиню, Нил заметила позади ее трона Тота, и жрица невольно сравнила этих двоих.