Я медленно подняла голову, мой взгляд скользнул по скудным полкам библиотеки, перевела его на стену, за которой творились бесчинства: насилие, воровство, интриги, упадок; то, что происходило в замке последние годы, было прямым попранием воли Камня. Летопись констатировала закон, который кто-то... отменил.
И логика подводила к единственному, пугающему выводу.
Если воля Камня – верховный закон, а закон этот везде нарушается без всякой кары... значит, Воли больше нет.
Хранитель, старый Дух, прикованный к Сердцу горы, не просто безмолвствовал. Его не было. Он исчез. Уснул навеки? Был изгнан? Уничтожен?
Но замок стоял. Значит, Сердце ещё билось. Только теперь его слепая, неодушевлённая мощь питала стены, не различая хозяина и вора, защищая сокровищницу от чужаков, но позволяя гнить изнутри своему же народу.
Я снова взглянула на свиток. Последние слова пылали в моём сознании: «Горе тому, кто нарушит волю Хранителя».
Орки не просто забыли волю Хранителя. Они похоронили саму память о нём. И теперь это невежество, этот беспорядок, эта гниль были тем самым горем, что предрёк основатель. Горем, которое уже наступило.
Но, почему? Что случилось.
– И кто это у нас здесь? – прозвучало прямо за спиной.
Я дёрнулась, сердце прыгнуло в горло, а из рук выскользнул тяжёлый свиток и с глухим шелестом шлёпнулся на пол. Инстинктивно наклонилась за ним и вовремя – тонкая рука эльфа схватила воздух прямо над моей головой.
Я рванулась от полки. Моя ладонь сама вцепилась в первый попавшийся том и швырнула его в эльфа. Лишь бы отвлечь, выиграть секунду! Пальцы другой руки уже потянулись в карман, в поисках портального камня.
– Эй, ты чего? – обиженно произнёс он, потирая лоб.
Эльф двинулся в мою сторону, и я перепугалась окончательно. Одной рукой швыряла в него всё подряд, а другой судорожно тёрла камень переноса, не представляя, как он работает. В голове от страха всё перепуталось: орки, эльфы, Сердце, сокровища...
И на этой мысли пространство поплыло. Я так и застыла с книжками в руках, собранными для очередного броска. Тёмный вихрь поглотил всё: полки, эльфа, тяжёлый стук собственного сердца.
10.
Тёмный вихрь выплюнул меня в полной, давящей тишине. Я рухнула на что-то твёрдое и холодное, и книги с глухим стуком разлетелись вокруг. Голова кружилась, в висках стучало.
Сначала я не поняла ничего. Не библиотека. Высокий сводчатый потолок тонул в темноте, но стены мягко светились. Призрачным, тусклым сиянием, будто угасающие угли. Свет шёл от вмурованных в камень рунических кристаллов, и его едва хватало, чтобы разглядеть очертания помещения.
Я сидела на холодном каменном полу, идеально чистом. Ни пылинки. Где-то здесь, видимо, работал древний артефакт, чудом сохранивший энергию. Воздух казался неподвижным и стерильным.
Огляделась: вдоль стен тянулись полки, ломящиеся от безделушек: кубки, ожерелья, статуэтки невиданных зверей. Всё – чуждое, немое, лишённое истории. Ряды сундуков стояли, будто пленные, с откинутыми крышками, из которых слепо поблёскивали золотые слитки и самоцветы. В других – горкой насыпано холодное оружие. Богатство, награбленное со всего света, показалось мне коллекцией мотыльков, умерших и навсегда застывших под стеклом. Только холодный блеск и гнетущая тишина забвения. Сокровищница. Сердце ёкнуло. Я в самом сердце замка, куда, по идее, никто не мог попасть. Совсем никто. Кроме меня.
Немного подумав, я решила, что меня кто-то направляет. Уж не сам ли дух?
Аккуратно собрала книги и сложила их в сумку. Думала, что они займут всё место, но… она осталась прежних размеров. Бездонная? Мне могло вот так повезти?
Для подтверждения теории я подошла к ближайшему сундуку и кинула в свою сумку несколько слитков золота. Провалились, словно и не бывало. Я возликовала. Так и всю сокровищницу можно вынести! Только она мне точно вся не нужна. Глаза уже привыкли к полумраку, и я принялась изучать ассортимент. Возникло ощущение, что я в магазине выбираю товар на полках. Обходя помещение по кругу, увидела, что этот зал не единственный. Во втором – всё лежало уже не так упорядоченно: горы наваленного оружия, монеты, просто ссыпанные в угол. Много разнообразных кучек. Без сундуков и мешков.
Но, именно здесь я увидела и третий зал. В нём высились горками всего пять куч, состоящие из монет разного достоинства, а на вершине каждой, как на погребальном алтаре, лежали регалии власти. Не просто драгоценности, а символы. Короны я узнала сразу. Да, они все разные: одна – грубый обсидиановый обруч с вкраплениями, похожими на звёздную пыль. Другая – ажурная корона из белого золота, повторяющая форму смерча. Особенно меня покорило тонкое тиарообразное украшение, выкованное из живого серебра. Я протянула руку, и оно сменило форму, а на нём ветви с листьями из изумрудной зелени и бутонами из лунного камня, которые на моих глазах медленно раскрылись.