– День рождения удался, – горько поделилась очередной любовной неудачей со светильником.
Первый раз что ли? Пора бы уже смириться. Или вовремя приходить домой, чтобы без сюрпризов. Ишь, решила прийти пораньше.
Что кому доказала? Квартиру снимаю я, день рождения – мой. Чего ушла? Окончательно успокоившись, и приняв решение расстаться с Сашкой, я решила выбросить ненужную книгу в урну, только… вот урны-то и не нашлось.
– Да что б вас всех… – от поднимающегося раздражения, разорвала обёртку и… замерла, поражённая внешним видом книги. Я не это заказывала, я точно помню.
2.
Дыхнуло стариной. Книга, нет, КНИГА, выглядела такой старой и одновременно ценной, что руки задрожали. Застыла, не веря глазам. Раритет. Пальцы потянулись к шершавой коже, на которой проступали еле заметные буквы. Укололась о нечитаемый знак.
Книга встрепенулась, развернулась и зашелестела страницами, будто её перелистывал невидимый читатель. Я хлопала глазами и не понимала, что делать: бежать или ждать, что будет дальше. Пока думала, листы раскрылись на титульном лице.
Я вжалась в спинку скамейки, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Это невозможно. Книги не... не ведут себя так.
Откуда-то сверху посыпались сухие листья – странно, ведь шел дождь. Но посмотреть вверх я не решалась. Глаза прилипли к страницам, где буквы начали перестраиваться сами собой, образуя новые слова.
– Добро пожаловать, усталая душа, – появилась надпись, будто кто-то невидимый выводил пером каждую букву. Чернила светились синевой, затем тускнели до чёрного.
Я сглотнула. Горло пересохло, а пальцы непроизвольно сжали кожаную обложку так, что ногти оставили царапины.
– А где рецепты жаркого по-французски? – прошептала я, понимая, как глупо это звучит.
– Оу, ты хочешь кого-нибудь прожарить? Это я могу тебе устроить. Кто тебе больше подходит: орки, эльфы, драконы или горячие демоны? – написала книга.
– Я не это имела ввиду, – промямлила я.
Страницы взметнулись, как крылья разгневанной птицы. Новый текст появился резко, буквы стали угловатыми, колючими:
– Рецепты? Ты стоишь на пороге иных миров, а думаешь о жарком?
Я почувствовала, как по щеке скатывается капля пота – холодная, как этот внезапный ветер, поднявшийся вокруг. Воздух пах теперь не дождём, а чем-то древним – пылью веков и выцветшими чернилами.
– Я... я не понимаю...
– Очевидно, – ответила книга, и я почти физически ощутила её сарказм. – Но раз уж ты спросила о рецептах... Как насчет рецепта новой жизни? Или, может, рецепта мести?
– Кто ты?
Страницы снова перелистнулись, открывая чистый лист. На нём медленно проступали слова, как проступает кровь на бинтах:
– Я – Энтара. Лекарь разбитых сердец. Хирург душ. Выбери – хочешь ли ты быть пациентом или ученицей?
Моё дыхание участилось. Рациональная часть мозга кричала, что это галлюцинация, последствие стресса. Но пальцы ощущали текстуру страниц, нос чувствовал этот странный запах.
– Что... что будет, если я выберу 'ученицу'? – спросила я, и тут же пожалела.
Книга засмеялась – нет, это невозможно, но страницы затряслись именно так, как плечи смеющегося человека. Буквы заплясали, образуя новую фразу:
– Будет больно. Будет страшно. Но ты наконец перестанешь быть дурочкой. Выбирай.
И в этот момент я поняла – это не галлюцинация. Это точка выбора. И каким-то образом... я уже знала свой ответ. Губы сами собой дрогнули, когда в памяти всплыли имена: Влад, Гоша, теперь Саша... В груди будто ржавый гвоздь провернули – так знакомо болит предательство. Столько лет, а я совсем не умею выбирать мужчин. Все они – потребители, маленькие мальчики в мужских телах.
Возможно, дело во мне.
Я вся дрожала, как загнанный зверек, но впервые за годы в глубине души что-то упрямо шептало: "Хватит бегать. Научись смотреть правде в глаза".
Энтара будто услышала мои мысли – страницы заалели, словно время для раздумий заканчивалось. Я так хочу, чтобы меня просто любили за то, что я такая, какая есть. Хочу научиться НЕ бояться быть одной. Хочу наконец понимать, где искренность, а где ложь.
– Да! – вырвалось у меня хрипло, будто это слово годами рвалось наружу сквозь колючую проволоку страха.
– Приложи палец к выемке.
Долго смотрела на свои пальцы, а потом решилась.
– Ой, – вскрикнула от незначительного, но совершенно неожидаемого разряда тока. Отняла палец. Волна энергии прошла по книге и тут же исчезла. Недоверчиво глянула на дерущуюся книгу, но продолжила читать.