Тяжеловесная фигура Корнелия загородила проход:
– Мистер Патерсон, в прошлый раз и я хотел вашего содействия. Но вы предпочли работать самостоятельно. Поэтому наши пути для сотрудничества… весьма смутны.
– Черт возьми, мистер Холлард… , – седовласый мужчина мотнул головой в нетерпении, – Я весьма сожалею, если произошло недопонимание. Но я всегда был на вашей стороне, даже если…, – голос мужчины дрогнул, – Если мои обязанности препятствовали этому.
Фигура Корнелия замерла и сдвинулась назад:
– Обязанности, Герберт… Какое удобное слово, – Голос Корнелия стал мягче, – Разве вы сейчас пришли не потому, что ваши обязанности уже ничем не могут помочь вам? Так не пришло ли время найти новые обязанности?
Нела увидела, как Корнелий, расхаживающий по кухне, направился к двери. Нела быстро прошмыгнула к себе в комнату, не найдя в этом разговоре ничего интересного. Очередной деловой разговор отца был любопытен только тем, что почему-то происходил на кухне, но Нела не придала этому значения.
Когда спустя пол часа Нела решила сходить на кухню за чашкой кофе, разговор все еще продолжался. Нела хотела уже войти, но когда речь зашла о предстоящей презентации, у нее проснулось любопытство, и она снова остановилась, подглядывая из-за поворота в прозрачную дверь.
– Остался один момент, – Корнелий погладил свой гладко выбритый подбородок, – Если мы все прояснили. Вы ведь уже в курсе завтрашней презентации?
Герберт кивнул, рассеянно блуждая взглядом по стене за спиной Корнелия:
– Могу только восхититься, как быстро вы все организовали.
Корнелий дернул подбородком, то ли пытаясь скрыть усмешку, то ли признавая свою заслугу:
– Тогда и сейчас не будем терять время. Текст вашей речи для презентации будет готов вечером. Пусть на этот раз наше сотрудничество будет плодотворным.
Герберт судорожно кивнул с неуверенной улыбкой:
– Конечно, мистер Холлард. Спасибо.
Корнелий будто по-отечески похлопал его по плечу:
– Все решаемо, мистер Патерсон. Вы присядьте, потраченные нервы точно не помогут в поисках вашего сына.
Корнелий настойчиво подвинул к собеседнику нетронутую чашку с уже остывшим кофе и направился к двери.
Нела на цыпочках отскочила от двери, нырнув в дверь ванной, и проследила в щель, как Корнелий быстро проходит к своему кабинету, попутно набирая номер на телефоне. Она осторожно вышла из ванной – через стекло кухонной двери было видно, как Герберт нервно сжимает чашку кофе, потом отставляет ее, потирая ладони и хрустя пальцами, и вновь хватается за чашку, будто ища в ней успокоения. Нела приблизилась к кабинету отца, но подслушать разговор ей не удалось – дверь тут же распахнулась, едва не сбив Нелу с ног, Корнелий выглядел разъяренным, опуская сжатый в руке телефон. Видимо, телефонный разговор был коротким. Увидев Нелу, он только мрачно бросил:
– Нела, иди к себе.
Тяжело выдохнув воздух через надутые щеки, Корнелий медленно направился обратно на кухню. Нела растерянно проводила отца взглядом и, прильнув к стене, все же прокралась поближе к кухонной двери.
– Мистер Холлард, еще раз спасибо! – послышался звук отставленной чашки, – Я буду ждать вашу речь. Точнее, мою…
Голос Герберта Патерсона прервался нервным смешком в неуклюжей попытке разрядить обстановку. Но голос Корнелия звучал уверенно и успокаивающе:
– Ну что вы, не торопитесь. Ваше дело теперь за мной. Я уже сделал пару звонков, Джозефа уже ищут – давайте сейчас обсудим завтрашнее мероприятие.
***
Нела долго не могла заснуть, слушая до позднего вечера беспокойные шаги Герберта по коридору, его долгий разговор с Корнелием сначала на кухне, а потом в зале. Проходя мимо дверей зала, Нела слышала, как Герберт сетовал, что не может найти свой телефон и порывался срочно заказать новый или поехать в круглосуточный магазин электроники, а Корнелий покровительственно хлопал его по плечу, говоря, что не нужно забивать этим голову сейчас, и лучше купить телефон завтра – после презентации. А еще деликатно шутил насчет того, что если бы у Герберта был имплантированный смартфон, который они завтра презентуют, то такого бы не случилось. Герберт с вымученной улыбкой был вынужден согласиться.
А самым удивительным было то, что Герберт остался ночевать в комнате для гостей, которая ни разу не использовалась. Гостей в этом доме практически не бывало, а потому все это тем более казалось странным. Нела предположила, что наверняка забота Корнелия связана с тем, что он не хочет оставлять Герберта одного, когда тот переживает за сына, как она поняла из разговора. Хотя даже ей самой с трудом в это верилось.