— Да. Не подключены котлы и духовые шкафы. Подведены к питанию только вентиляция и промышленная СВЧ. На водоразделе башня пустая, а та вода, что в резервных баках, годится только для очень специфических технических нужд. Водяные фильтры не подключены, так же, как и водонасосы. Воды, которую завезли, едва хватает для потребления.
— Этой проблемой займётся электрик с сантехниками. Об неисправностях сразу докладывать. Мы примем меры. Что ещё?
— Здесь из военных, только четыре ловца. Возникает вопрос, когда они будут на задании, то есть отсутствовать, а на центр совершится нападение враждебно настроенной группы или начнёт подходить скопление заражённых, что делать? Ведь у нас учёных, нет оружия. Да и бойцы из нас неважные, хотя мы тоже являемся военными.
— По вопросам защиты можете обращаться к ребятам с ТЭЦ, отряду скорпионов, удерживающему объект. Они нам сегодня уже докладывали, что применили пять ракет и скинули фотоматериалы, где на дороге стояли подбитые автомобили, объяснив применение оружия попыткой захвата центра. После этого инцидента мы сегодня же решили включить в группу инженера-строителя. Он будет следить за эксплуатацией вверенного вам объекта. Также инженера могут привлекать ребята с ТЭЦ.
— Но как он к ним доберётся? Здесь нет дорог, ведущих напрямую к электростанции.
— На этот случай у скорпионов есть лёгкий двухместный вертолёт, оснащённый дополнительно пусковой подвесной установкой и комплексом фото-видео фиксации, которые они сегодня успешно применили. Кстати, почему сразу не доложили о запросе у них помощи?
— Простите, закрутился по работе. Решил, что доложу при сеансе связи. Исправлюсь.
— Будем надеяться. Ещё есть вопросы?
Дроздов оглядел присутствовавших. — Нет, — ответил он.
— Видеоконференцию считаю закрытой.
Потух экран. Люди стали расходиться. К Дмитрию Сергеевичу подошёл Виктор.
— Дядь Дима. Я вот что думаю. Скоплений заражённых три и наших подразделений тоже три. Они все почти по нашим направлениям. Вы не находите это странным? — спросил он.
— Нет Витя, не нахожу. Мы по их направлениям будем, если они пойдут именно на нас. А это маловероятно, потому что направлений у них самих много, если заражённые вообще пойдут куда-либо. Пойдём лучше реактивы и химические препараты к завтрашнему дню подготовим. Завтра первый полный эксперимент. Задействуем всех четверых недавно привезённых заражённых. Того, которого испытывали первым, пойдёт по отдельной программе.
Дроздов с Виктором уже собрались уходить, но тут к ним подошёл Семакин.
— Дмитрий Сергеевич, Виктор Валерьевич, куда это вы собрались? — спросил он преградив им путь своим немаленьким животом.
— Готовиться к завтрашнему дню, — ответил профессор. — Подготовить журналы проведения опытов, препараты.
— Нет, нет, — запротестовал академик. — Вы нам должны показать все помещения, которые будут завтра задействованы.
— Так ведь уже показывали, — ответил Дроздов.
— Ещё раз. Мы же не расписали маршруты. Виталий! — позвал он молодого человека, который стоял возле висящего экрана и что-то записывал в бумажный лист, закреплённый зажимом на планшетке. — Подойди к нам! — парень подошёл. — Сегодня ты уже проходил с нами маршрут, но у нас не было с собой плана помещений и я попросил тебя распечатать несколько схем расположения боксов и модулей центра. Ты это выполнил? Карты центра с собой?
— Да, здесь, — парень поднял планшетку и перелистнул несколько страниц показывая чертежи плана исследовательского центра.
Владимир Николаевич бросил взгляд на схемы. — Хорошо. Сейчас снова пойдёшь с нами и будешь размечать маршруты передвижений. Для каждого подопытного свой. Цветные маркеры есть?
— Конечно. Они всегда у меня с собой. Как обозначать, испытуемых? — поинтересовался Виталий. — Имён у них нет.
Семакин на секунду задумался. Почесал подбородок. — Завтра мы эту проблему решим, а пока пусть будут просто под номерами и своим цветом. Например, первый подопытный, цифра один красная и маршрут тоже красный. Ну что, начнём пожалуй?
— Нет, — жестко ответил Дмитрий Сергеевич. — Завтра первая серия экспериментов всем научным составом. Для опытов потребуется сделать дополнительные дозы штатного препарата и время для отстаивания в холодной среде. У нас сейчас в наличии три дозы штатного Беллерофонта и одна улучшенного, который мы завтра испытаем.