— Это тоже заносить в отчёт? — спросила Вера.
— Не обязательно, — ответил Дроздов. — Больше ничего печатать не нужно. Верочка, всё что напечатали, перенесите пожалуйста в журнал. Чуть позже я просмотрю отчёт и сегодня же отправлю в штаб.
— Хорошо Дмитрий Сергеевич. Мне можно идти?
— Да Верочка, идите.
Девушка встала из-за стола, взяла под мышку сложенный ноут и грациозно продефилировала к выходу. Учёные не обратив на неё ни малейшего внимания продолжали обсуждать терминологию. У двери Вера оглянулась, но увидев, что на неё никто из присутствовавших не обратил внимания, особенно Костя, нервно с силой толкнула дверь.
— А я предлагаю ввести слово «Биос», на древнегреческом, кстати, означает жизнь. «Зои» это уже по-современному, — с жаром настаивал Владимир Николаевич. — Например, биология «Биос» учение о жизни, а танатология «Танатос» как раз учение о смерти. Но как мы применим эти слова на практике? Ведь больные не являются ни живыми ни мёртвыми в нашем понимании.
— Что получается, подопытный биос после чего танатос? Значит жил и умер? Не пойдёт, — отверг идею Павел Иванович.
— А как в документах прописывать будем? — поинтересовался Виктор.
— Я предлагаю в документах писать БИОС, что значит жизнь и ТАНАТОС, что значит смерть, а между собой говорить, как об обычных людях. Жил, живой, умер, погиб, — заявил Семакин. — Иначе путаница будет сумасшедшая.
— А как мы назовем препарат, замедляющий агрессию у инфицированных? — спросил кто-то из сотрудников.
— Мы с Дмитрием Сергеевичем уже решили, «Беллерофонт», — ответил Семакин. — По древнегреческой мифологии именно герой с таким именем убил Химеру.
— Вот и начали определяться и терминологией, — заключил Дроздов. — Все новые термины я предлагаю заносить в отдельный список и пояснения к ним. Сделать что-то типа глоссария. На этом у меня всё. Есть ещё предложения? — руководитель осмотрел присутствовавших. — Предложений нет. Ну что? Подошло время сеанса общей связи. Вячеслав, включите, пожалуйста проектор, через пять минут начнётся.
★ ★ ★
После очередного сеанса связи все отправились по своим жилым помещениям. Только академик и профессора остались сидеть за столом, решив обсудить полученную из штаба и моблабов информацию.
— Видели картинку с дронов? — спросил Дмитрий Сергеевич. — Увеличение численности заражённых приблизительно возросло на порядок. И к ним, кроме людей, уже начали прибиваться животные и птицы.
— И ведь не разбредаются никуда. Наоборот, их всё больше, — заключил Виктор. — Главное на месте не стоят, медленно ходят по кругу. Слышали же? Наталья Игоревна сказала, что завтра их может быть в шесть раз больше.
— Получается чуть ли не геометрическая прогрессия, — сделал вывод Виктор Николаевич. — По ним надо нанести мощный ядерный удар, — решительно заявил он.
— Лучше провести войсковую операцию с применением бронетехники, — предложил Дмитрий Сергеевич. — Ядерный удар, даже тактический… Сами понимаете, просто так применить не получиться. Нужно будет поставить в известность мировые державы. А чем мы обоснуем применение оружия массового поражения на северо-западе Сибири? Да ещё повышенной мощности. Американцы и так постоянно спрашивают у нашего правительства, что же здесь происходит? Свои запросы они подкрепляют фото и видео съёмками со спутников-шпионов.