В обжитой части леса существовала густая, разветвленная система дорог и тропинок, некоторые узкие и извилистые, предназначенные для любителей приключений, другие достаточно широкие, чтобы по ним могли проезжать повозки. Они были щедро и искусно обозначены указателями, юмористическими предостерегающими табличками ("Курение запрещено! Дышать разрешено!") и рекламными щитами ("Лесной трактир "Липовая листва" - жареная форель - Муравьиная ферма для детей"), и всегда хорошо подметены. Наконец, существовали так называемые Деревянные тропы: узкие дорожки из деревянных досок, искусно проложенные в гущу леса, последние возможности для более отважного любителя природы, который хотел как можно ближе подобраться к центру Большого Леса. Деревянные тропы в основном прокладывались в тех местах рощи, где растения образовывали редкие сообщества или где стояли особенно пышные ягодные кусты, готовые к разграблению.
Но чем ближе подходишь к границе с необитаемой частью Большого Леса, тем уже и реже становились дороги, и в конце концов их не оставалось совсем, только темный, дикий дремучий лес, окруженный впечатляющими запрещающими знаками: "Проход запрещен! Опасность для жизни и необратимые повреждения здоровья!" - "Остановись, путник, если тебе дорога жизнь!" - "За этим знаком таится Неизвестность - Поверни назад!" и так далее.
В необитаемую часть леса все равно никто не заходил, даже Цветные медведи, потому что там в те времена была сожжена великая Лесная Паучья Ведьма{2}, и там все еще пахло ее ядовитым секретом, который (как утверждается) мог свести с ума.
Поскольку персонал сторожевых будок отсеивал психически неуравновешенных или морально сомнительных личностей, и кроме Цветных медведей в Бауминге никто не бродил, никому не приходило в голову покидать красивые пешеходные тропы и рисковать своей жизнью, здоровьем или рассудком, исследуя внутренний круг Большого Леса.
Кроме того, на карте были отмечены все трактиры, пивные на открытом воздухе и гостиницы Бауминга. Все они носили названия, которые должны были символизировать максимальную гармонию, покой и единение с природой: "У Забитого Валторна", "Отшельничья тишь", "Трактир Лесной мир" или "У Друга елей". На карте также были обозначены маршруты для спортивных туристов, официальные места для сбора грибов и организуемые лесниками общественные костры, где под строгим присмотром разрешалось жарить сосиски на палочках (сосиски и предварительно выструганные палочки можно было купить в трактирах, ломать ветки и приносить свои сосиски в Большой Лес было запрещено).
С наступлением ночи стражи вежливо сгоняли туристов с тропинок обратно в трактиры, где можно было, сидя на веранде с бокалом медового грога, пива или черничного вина, слушать звуки леса.
Только в Большом Лесу можно было услышать истеричные брачные крики Пятнистого Вертуна или дуэты Двухголовой Пушистой Курочки. Только здесь в сумерках раздавалась азбука Морзе таинственного дятла Кассандры, который, как утверждали, зашифрованно предсказывал будущее (никто до сих пор не смог ее разгадать, но многие орнитологи-любители над этим работали). Исключительно в Баумингских сумерках можно было услышать ритмичное хрустение, которое производили Земляные Гномики в лесной почве, когда они спаривались между корнями берез. Лишь легкий ужас вызывали ухающие звуки Трехглазого Сапожного Филина.
Ночью плакали от любовных мук Белочки (самки белок - известные изменницы), Моховые Цикады играли серенады, Соловьи выводили изысканные мелодии. И пятьсот раз кричал Замонийский Счастливый Кукушонок, чтобы пожелать каждому долгих лет жизни.
Если ветер дул в нужном направлении и у вас был очень тонкий слух, то в самой глубине рощи можно было услышать стоны звездоглазов, которых ни один турист никогда не видел, потому что они, как таинственно шептались Цветные медведи, вросли в лесную подстилку запретного центра.
Когда гости, наконец, начинали дремать от прогулок, вина и гипнотической музыки леса, тогда факелы и штормовые фонари гасили, чтобы спасти насекомых от гибели в огне. Лесной рог тихо играл отбой, и в конце концов все расходились по постелям и видели сны о падающей с деревьев листве.
Днем жаждущие гармонии туристы могли принимать участие в общественной жизни Цветных медведей. Утром в шесть их будили звуки лесных рогов, затем подавали черничные блины с кленовым сиропом или лесным цветочным медом и свежий желудевый кофе, в лучших трактирах его разносили дрессированные бурундучки. После этого гости осматривали рощу и ее образцовую общину - перед своими нарядными, раскрашенными во все цвета радуги бревенчатыми домами Цветные медведи занимались с детьми утренней гимнастикой, почтальоны в красной форме на одноколесных велосипедах развозили почту, маленькие медвежата наперебой выкрикивали, продавая ежедневную газету "Баумингский Лесной Друг".