- Ну все, ты меня окончательно запугал. Теперь можно ехать.
Они сели в машину, захлопнув за собой дверцы. Когда Фиат по подъездной дорожке подкатил к мраморному крыльцу с каменных балясин которых свисали голубые гроздья глициниума, из высокой двери вышел коренастый господин в строгом черном костюме. Он был лыс, но его лицо украшала темная, аккуратно подстриженная бородка. Под белоснежным накрахмаленным воротничком рубашки красовалась темная бабочка в белый горошек.
Андрэ вышла из машины, хлопнув дверцей и поднялась по широким гладким ступеням.
- Доложите о нас, графу Уэнтворту, - велела она этому, вышедшему на встречу им слуге.
Однако тот не торопясь вынул из кармана трубку, сунул ее в рот, и с интересом оглядев гостью, хмыкнул:
- А вы, хм, кто такая? Как мне доложить о вас?
- Я мисс Уолпол.
Слуга снова хмыкнул, недовольно глянув на нее.
- Не имею чести знать сию особу, - добавил он, посасывая трубку, не двинувшись с места.
Андрэ растерянно огляделась: что за лакеи нынче пошли? И вдруг лицо бородача, так неучтиво ее встретившего, озарилось радостью узнавания и тревогой.
- Эрик? Какими судьбами? Что-нибудь с братом? Почему ты здесь?
- Не беспокойтесь, ваша милость, сэр Холлиндер держится молодцом. Я же по его просьбе сопровождаю сюда мисс Сюзанну Уолпол.
- Да, он звонил мне вчера, - пробормотал граф Уэнтворт, вынув трубку изо рта, чтобы скрыть смущение с которым, впрочем, тут же справился.
- Вы, должно быть, помните сестру и племянницу леди Холлендер, что гостила в Энжелл Хилле лет пятнадцать тому назад.
Граф снова на этот раз с любопытством посмотрел на Андрэ, которая стояла перед ним, ни жива, ни мертва.
- Хочешь сказать, что из рыжего писклявого, вечно болезненного ребенка, выросла такая привлекательная леди? - удивился граф Уэнтворт.
Не удивительно, что он забыл о какой-то там мисс Уолпол о которой просил брат, потому что вообще не представлял с кем будет иметь дело, и помнил лишь о звонке брата и о том, что тот пребывал в более менее сносном состоянии.
- Да, ваша милость.
- Чудесно! Тогда добро пожаловать, мисс Уолпол. Хоть нам и предстоит познакомиться заново, но я чрезвычайно рад вас видеть.
Граф взял Андрэ под руку и Рейвор поспешил открыть перед ними дверь, так взглянув на проходящую мимо Андрэ, что она вжала голову в плечи. С первых же минут, едва переступив порог дома, она здорово облажалась, приняв хозяина Энжел Хилла за простого слугу.
Они вошли в холл, который больше походил на залу с мраморным полом и широкой лестницей ведущей наверх, с высоким потолком украшенным декоративной лепниной и спускающейся с него на цепи хрустальной люстрой. По бокам лестницы стояли мраморные грации с невинными лицами, но чувственными позами едва прикрытых нагих тел. По обе стороны из холла вели двери темного дерева. Из одной вышла горничная и, сделав знак Рейвору следовать за ней, повела его вверх по лестнице, а Андрэ с графом вошли в дверь по правую сторону и Андрэ оказалась в гостиной.
Это была длинная просторная комната с тяжелыми потолочными балками, всю стену которой с одной стороны занимали три высоких, от самого пола, французских окна. Гостиная была полна народа, во всяком случае, так показалось Андрэ. Еще ей бросилось в глаза обилие свежих роз, что стояли в высоких напольных вазах в проемах между окнами, столиками для игры в карты, пуфами, диванами и кушетками. Столь же роскошный букет в хрустальной вазе высился на белом красавце рояле. У противоположной стены тянулся фуршетный стол.
Граф немного снисходительно представил Андрэ двум-трем джентльменам, то ли его кузенам, то ли его свойственникам, она так и не поняла и отвлекся, переключив свое внимание на полуглухую старую леди и Андрэ, улучив момент, укрылась в тихом углу, к которому начала продвигаться, здороваясь со всеми кто попадался на встречу. Ей приветливо кивали и снова возвращались к прерванной беседе. Иногда она слышала, как кто-то интересовался у своего соседа за ее спиной, кто она собственно такая. Ее имя тут никому ничего не говорило.
Достигнув угла, словно пловец заветного берега, только что пересекший море кишащее кровожадными хищниками, она отдышалась и теперь, встав в простенке между окнами, возле высокой напольной вазы с крупными чайными розами, приглядеться к клану Холлендеров.