- Тысяча извинений, мисс Донна, но это срочно... - подхватил он Рейвора под руку и попытался отвести в сторону, но добился лишь того, что дворецкий просто напросто развернулся на месте, встав спиной к Икли и Донне. Господину в смокинге похоже было достаточно и этого. Икли с Донной отошли. Лоренс присоединился к Элен и леди Камминг, а Донна вообще покинула гостиную.
- Эрик, что здесь, черт возьми, происходит? - тревожно зашептал бесцеремонный господин. - Что-то изменилось, да? Барон мне ничего не говорит, но я же видел, как вы с ним шептались. О чем? Эрик, я заплачу тебе, ты меня знаешь... Поминки по Брайану и Джеймсу давно прошли и вдруг появляешься ты... Тут не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы не сообразить, что что-то произошло. От графа я ничего не могу добиться. Его сиятельство, видите ли не в курсе, а я бросил все дела в Лондоне и уже которую неделю торчу здесь.
Рейвор заверил его, что знать ничего не знает, но с удовольствием представит ему... Господин в смокинге, которого звали Эдвин Смит, нервно тряхнул ладонь Андрэ и отошел явно расстроенный.
Зато возле них бесшумно возник слуга негр во фраке с высокими бокалами шампанского на подносе. Когда Андрэ отказалась от степенно предложенных им напитков, слуга повернулся к Рейвору с улыбкой наблюдавшего за ним.
- Привет, старина, - негромко поприветствовал его Рейвор.
Бросив на Андрэ осторожный взгляд и поняв, что при ней можно говорить, дворецкий графа Уэнтворта расплылся в белозубой улыбке.
- Рад видеть тебя, Эрик. Смотрю, у тебя новая хозяйка, а?
- Нет, Коско, я лишь временно сопровождаю мисс Сюзанну в Энжел Хилл, по просьбе моего хозяина.
- Из-за вас тут поднялся хороший переполох. Он того стоил?
- Не думаю. Я привез сюда мисс Уолпол и только. А что говорят на кухне?
- Что говорят, - вздохнул Коско. - Жалеют твоего старика. Не хотел бы я пережить ни одного из своих мальчишек. - И печально покачав головой, понес поднос с напитками дальше.
- Я представил вас всему здешнему обществу и теперь можно уходить, - повернулся к Андрэ Рейвор. - Пойдемте. Вам необходимо отдохнуть и переодеться к обеду.
ГЛАВА 4
"Не будь слишком строг, и не выставляй себя
слишком мудрым: зачем тебе губить себя?"
Екклесиаст
Комната, куда ее проводил Рейвор, оказалась, как и все в Энжел Хилле, уютной со вкусом обставленной. В ней все говорило не столько о деньгах сколько о вкусе, начиная с таких мелочей как настольная лампа от Тиффани, изящного телефонного шкафчика с полкой для газет и журналов внизу и кончая комодом темного дерева с витиеватой латунной фурнитурой, на котором громоздким монстром стояли бронзовые часы в стиле рококо. Над ними стену украшала картина с крупными желтыми розами написанная маслом.
- Желаете, чтобы я оставил вас одну? - спросил Рейвор, дав Андрэ оглядеться. - Если вам что-нибудь понадобиться, вы всегда можете позвать меня. Моя дверь напротив.
- Знаешь, может это ничего не значит, но я слышала разговор мисс Донны с мисс Викторией. Так вот мисс Донна утверждала, что случайно встретила Икли в Допшире и подвезла сюда, потому что им оказалось по пути. Что скажешь?
Заложив руки за спину и склонив голову на бок, Рейвор минуту другую обдумывал ее слова.
- Не стоит беспокоится об этом. Она врет, - убежденно сказал он. - Ни для кого не секрет, что мисс Донна и сэр Икли любовники и нужно обладать верхом бесстыдства, чтобы так злоупотреблять гостеприимством графа Уэнтворта. Явившись сюда вдвоем, они поставили графа в недвусмысленное положение перед леди Камминг.
- Но раз все знают... – не поверила Андрэ.
- Это не значит, что нужно демонстрировать свою связь перед своей невестой и ее матерью.
- Леди Камминг уж точно не смолчит. Может случиться скандал, - устало плюхнулась в кресло детектив, блаженно вытянув гудящие ноги, но вдруг так резко выпрямилась будто спинка кресла обожгла ей спину.
- Не думаю, - уверенно проговорил Рейвор, пряча улыбку. - Во всяком случае речь пойдет не о таком скандале, как его понимаете вы.
- Как это не о таком? - Ей очень хотелось развалиться в кресле, но при дворецком это было чревато долгим и нудным выговором. - Скандал есть скандал и точка.
- При всей своей кажущейся резкости, леди Камминг очень выдержанный человек. Она племянница графа и сэра Холлендера и дружна с ними с детских лет. Большее на что леди Камминг способна в отношении графа, это выговор.
Андрэ пристально разглядывая носки своих туфель спросила:
- Значит ты хорошо знал Джеймса Холлендера?