- Переговоры?
- Да, он три дня с кем-то жестко разговаривал по телефону и это требовало от него немалых нервов, потому что к столу хозяин выходил никакой. Эти переговоры его просто изматывали.
- Чтобы рассердить графа нужно очень постараться, - покачала головой Андрэ.
- Вы правы, это-то нас и беспокоило. Мы бы и хотели помочь, но не знали чем. Не дело слуг вмешиваться в дела господ, если они этого не хотят.
- И что, даже не было никаких предположений о чем шла речь на этих переговорах?
- Похоже, об Энжел Хилле.
- Это, то что вам удалось услышать под дверьми его кабинета? – шутливо предположила Андрэ.
- Точно, - неожиданно серьезно отозвался дворецкий графа Уэнтворта. - Я дорожу этим местом, мисс, и должен знать что происходит.
- Я бы тоже сделала все, чтобы узнать, что меня ждет, - согласилась она с ним.
- Граф, видимо, тоже делал все, что мог, так что слег, - вздохнул Коско, предаваясь не очень приятным воспоминаниям.
- Так он был болен, когда все это произошло с Джеймсом и Уэлчем?
- Точно. И мы не знали, как ему сообщить о гибели молодых джентльменов. Доктор Фоск предупредил нас, что у хозяина высокое давление, а с этим не шутят. Я сам узнал о трагедии, когда пришел утром в Энжел Хилл.
- Вы живете не в Энжел Хилле? – удивилась Андрэ.
- Я живу в здешней деревне, но бывает, что остаюсь в поместье по неделям. В тот раз хозяин отпустил меня к семье и попросил распустить остальных слуг. Граф всегда так делает, когда прибаливает. Оставил только Пэт. Вы совсем не пьете чай, мисс.
- Спасибо, Коско, - встряхнулась Андрэ. - Я пожалуй пойду. Если Рейвор, не дай бог, проснется и увидит, что меня нет на месте... - она замолчала, предоставив Коско самому додумывать, что будет тогда.
Коско додумал.
- Да, мисс, лучше уж вам поторопиться.
- Передайте Дороти мои комплименты ее кексам.
- Непременно, мисс, - пообещал дворецкий, расплывшись в улыбке.
- Коско, можно вас спросить? - уже в дверях обернулась к нему Андрэ.
- О чем угодно, мисс.
- Вы ведь служили?
Ей показалось или нет, но Коско аж подобрался. Во всяком случае его улыбка как будто застыла.
- С чего вы взяли? – тем не менее ровно спросил он.
- У вас выправка военная и руки вы держите за спиной как военный. И, по-моему, Рейвор подражает вам...
- Я дослужился до сержанта, а после уволился в запас, - перебивая ее, отчеканил Коско.
- Из-за...
- Из-за семьи. У вас есть еще ко мне вопросы? – как то уж очень неприязненно поинтересовался он.
- Н-нет... спасибо, - и Андрэ поспешно покинула буфетную.
Какая муха укусила Коско? Какие-то, странные у Холлендеров дворецкие. Показалось ей или лоб Коско даже испариной покрылся, когда она спросила его о службе в армии. Этот дом просто полон загадок.
В коридоре она, остановившись, посмотрела в дальний его конец, теряющийся в темноте, туда, где находилась Охотничья зала. Она понятия не имела, что ей там понадобилось, но вспомнив, что опять придется прокрадываться мимо дверей Рейвора, решительно направилась в ту сторону.
В одном она была уверена точно, там ее не станут отвлекать, хотя бы потому, что никто туда не сунется. А Рейвору, если он хватится ее, тем более не придет в голову искать ее в дальнем заброшенном помещении. Ей нужно было подумать как следует и хотелось, чтобы никто не мешал.
Дойдя до дверей Охотничьей залы, она потянула их на себя. Чуть скрипнув, одна створка тяжело, словно нехотя, отворилась. Зашарив рукой по стене, Андрэ нашла включатель. В шестирожковой люстре под потолком вспыхнула одна единственная лампочка, тускло осветив середину зала, тогда как углы и стены вмиг укрылись в непроницаемой темноте в которой угадывалась разверстая пасть камина.
Постояв немного посреди зала, Андрэ настроилась на его тишину. Когда-то здесь вокруг растопленного камина, собирались мужчины. Бряцая шпорами и придерживая шпаги они садились в кружок вокруг огня. Чувствительные дамы падали в обморок от их легких нескромных намеков, может быть поэтому мужчины Энжел Хилла и отвоевали для себя Охотничью залу, чтобы вольно вести здесь свои грубоватые разговоры. Сейчас другие времена и дама, вроде Донны, может так намекнуть, что растеряется и прожженный портовый грузчик, для которого сквернословие является будничным разговорным языком.
Кстати о намеках... Что-то такое говорил ей Икли, когда она еще не напилась до безобразия и могла хоть что-то соображать. На том что Икли, по утверждению Рейвора, подмешал ей виски в шампанское, она решила не зацикливаться. Что взять с этого представителя "золотой молодежи"? Одну только гадость. Так мог бы поступить какой-нибудь придурок подросткового возраста, а не взрослый мужчина. Не стоило терять на это время, еще и потому, что она, кажется, вела себя прилично и не совершила ничего непотребного в пьяном беспамятстве, иначе Рейвор вместе с таблетками скармливал бы ей очередное занудство о том, как ей далеко до леди и зудел бы сих пор, не переставая. Ну и нечего беспокоиться об этом.