— За сборную Человечества.
— Да. Как она называется?
— Сборная Человечества.
— Точно. Громко, конечно. Но сейчас, может быть, миру и нужно что-то громкое.
Луис пожал ему руку.
— Спасибо.
— И берегите Наташу. Женщина, которая говорит правду на стадионе, где все ждут шоу, берёт на себя огромный удар.
Луис впервые за весь день улыбнулся по-настоящему.
— Да. Она такая.
Когда Змай снова поднялся в небо, Луис уже почти не чувствовал усталости. Он чувствовал что-то хуже: пустоту.
Мексика отказала со смехом.
Бразилия отказала из футбольного упрямства.
Африка отказала из исторической осторожности.
Россия отказала, потому что ей было не до футбола.
А команда всё ещё не существовала.
Луис летел над облаками, опустив голову. Под ним тянулась тёмная поверхность океана, впереди бесконечно менялись огни городов, а внутри становилось всё тяжелее. Он впервые по-настоящему почувствовал, насколько безумной была их затея. Стадион, дракон, вызов, красивые слова — всё это выглядело величественно издалека. Но без команды величие превращалось в пустой жест.
Змай летел молча. Даже дракон, казалось, понимал, что сейчас лучше не фыркать и не выражать своего мнения.
Луис достал телефон не для того, чтобы позвонить. Просто хотел посмотреть на экран, на время, на доказательство того, что мир ещё не окончательно сошёл с ума.
И вдруг телефон зазвонил.
Луис вздрогнул.
На экране светилось имя:
Роберто.
Венеция.
Луис несколько секунд смотрел на телефон, не веря. Потом быстро ответил.
— Роберто?
— Ты где? — спросил брат.
На этот раз его голос был уже не сонным. Он звучал бодро, напряжённо и немного виновато.
— Где-то между отчаянием и верхними слоями атмосферы, — сказал Луис.
— Значит, дела плохо.
— Команды нет.
— Тогда лети ко мне. В Венецию.
Луис замер.
— Зачем?
— У меня кое-что есть для тебя.
— Ты передумал?
На другом конце Роберто вздохнул.
— Да. Я буду играть.
Луис выпрямился так резко, что Змай недовольно мотнул головой.
— Правда?
— Да. Но только защитником.
— Почему только защитником?
— Потому что я не собираюсь бегать как сумасшедший по всему полю из-за твоей идеи спасти планету за два дня.
— Защитник — прекрасно.
— И ещё одно.
— Что?
— Я нашёл команду.
Луис некоторое время молчал.
— Что ты сказал?
— Я нашёл команду. Прилетай в Венецию. И постарайся не приземляться прямо на площадь. У нас и без тебя хватает туристов.
Связь оборвалась.
Луис всё ещё держал телефон у уха.
Потом посмотрел на Змая.
— В Венецию.
Змай повернул голову так, будто хотел уточнить, действительно ли план спасения мира теперь проходит через каналы, мосты и брата, который пять минут назад отказался участвовать.
— Да, — сказал Луис. — Я тоже удивлён.
Через несколько часов Змай опустился на окраине Венеции, там, где сказочная красота города постепенно уступала место складам, пустым площадкам, старым ангарам и небольшим футбольным полям, спрятанным между водой, бетоном и ржавыми заборами.
Роберто ждал его у ворот одного такого поля. За спиной у него темнели каналы, где отражались редкие фонари. Он стоял, скрестив руки на груди, и выглядел так, будто уже пожалел о своём благородстве, но отступать было поздно.
Луис спрыгнул на землю и крепко обнял брата.
— Ты передумал.
— Я не передумал. Я временно согласился участвовать в твоей катастрофе.
— Это почти одно и то же.
— Нет.
— Для меня — да.
Роберто отстранился.
— Не радуйся слишком рано. У нас есть проблема.
— У нас нет команды.
— Уже есть.
Луис оглядел пустое поле.
— Где?
Роберто повернулся и махнул рукой.
Из-за старой трибуны вышли игроки в спортивной форме. Они были разного роста и возраста, но двигались собранно, легко и спокойно. В них не было показной звёздности, не было дорогого блеска больших клубов, но была другая уверенность: уверенность людей, которые играют много, любят игру искренне и не нуждаются в красивой рекламе, чтобы знать себе цену.
Один из них мягко принял мяч на подъём, перекинул его через плечо и отдал точный пас партнёру. Второй остановил мяч пяткой, развернулся и пробил по воротам так резко, что сетка сухо щёлкнула. Третий улыбнулся Луису и сделал жест: мол, ну что, посмотрим, кто здесь умеет играть?
Луис медленно повернулся к Роберто.
— Это кто?
— Команда из Бангладеш.