Наташа всё это время стояла рядом с Бонбиби и пыталась сохранять величие. Она говорила спокойно, Бонбиби переводила, игроки кивали, потом снова хватали мяч и пытались стать Марадоной.
— Скажите им, что футбол — командная игра, — сказала Наташа.
Бонбиби перевела.
Игроки закивали.
Через секунду трое одновременно побежали к одному мячу.
— Скажите им, что без защиты мы проиграем.
Бонбиби перевела.
Игроки снова закивали.
Один из них показал, что готов защищать мяч, пока бежит в атаку.
Наташа глубоко вдохнула.
Тигр у ног Бонбиби зевнул.
Роберто тихо сказал Луису:
— Тигр уже всё понял.
— Что именно?
— Что человечество плохо поддаётся тренировке.
Наташа снова попыталась объяснить. Она говорила о дисциплине, о доверии, о роли каждого игрока, о том, что не все могут стоять в атаке, потому что тогда сзади останется только Луис, а Луис, при всём уважении, не стена и не магический забор.
Бонбиби переводила терпеливо.
Игроки слушали внимательно.
Потом один из них сказал длинную фразу.
Бонбиби перевела:
— Он спрашивает, можно ли быть защитником, который постоянно атакует.
Наташа медленно повернулась к Бонбиби.
— Сделай так, чтобы они могли говорить на моём языке.
Бонбиби спокойно посмотрела на неё.
— Ты уверена?
— Абсолютно.
— Это не маленькая просьба.
— А у нас не маленькая цель.
Бонбиби чуть наклонила голову.
— Хорошо. Но потом ты будешь должна мне услугу.
Наташа насторожилась.
— Я?
— Не совсем ты.
— А кто?
Бонбиби посмотрела на Змая.
Змай, который до этого спокойно лежал у края поля, открыл один глаз.
— Твой дракон.
Луис сразу поднялся.
— Змая нельзя отдавать.
Наташа тоже резко сказала:
— Я не могу подарить тебе дракона.
Бонбиби улыбнулась.
— Не беспокойтесь. Мне не нужен ваш дракон как вещь. Драконы не вещи. Мне понадобится его помощь. Когда придёт время.
Змай медленно поднял голову и выпустил из ноздрей тонкую струю дыма.
— Он спрашивает, будет ли это связано с водой, тиграми или древними долгами, — сказал Луис.
Наташа посмотрела на него.
— Ты теперь переводишь драконов?
— Я женат на тебе. Я многому научился.
Бонбиби подняла руку.
— Долг будет честным. Без цепей. Без унижения. Без торговли живыми существами.
Наташа посмотрела на Змая.
Змай некоторое время молчал. Потом фыркнул так, что ближайшая лужа пошла кругами.
— Кажется, он согласен, — сказал Роберто.
— Он сказал: «Потом обсудим», — уточнил Луис.
— Для дракона это уже почти договор.
Наташа снова повернулась к Бонбиби.
— Хорошо. Мы принимаем.
Бонбиби закрыла глаза.
Вокруг поля поднялся влажный ветер. Трава зашевелилась. Где-то далеко, хотя вокруг были только склады и город, послышался шум мангровых лесов, плеск воды и низкое дыхание тигра. Зелёно-золотой свет прошёл по полю, коснулся игроков, Луиса, Роберто, Наташи и даже Змая.
Игроки из Бангладеш замерли.
Один осторожно произнёс:
— Мы… понимаем?
Другой удивлённо сказал:
— Я говорю?
Третий схватился за голову.
— О, теперь тренер будет ругаться прямо в душу.
Наташа сложила руки на груди.
— Именно.
Все сразу выпрямились.
Даже тигр посмотрел на неё с уважением.
Наташа вышла в центр поля.
Теперь ей не нужен был перевод.
— Слушайте меня внимательно, — сказала она. — С этого момента я — ваш главный тренер и технический директор.
Игроки переглянулись.
Один поднял руку.
— А вы играли в футбол?
— Нет.
— Тогда почему вы тренер?
Наташа посмотрела на него так, что вопрос сразу пожалел о своём рождении.
— Потому что я единственная, кто может заставить вас не пытаться всем одновременно стать Марадоной.
Игрок кивнул.
— Справедливо.
— Луис будет вратарём, — продолжила Наташа.
Луис поднял руку.
— Я принимаю судьбу.
— Роберто будет защитником.
Роберто кивнул.
— Я принимаю менее утомительную часть судьбы.
— Остальные распределяются по позициям. У нас будут нападающие, полузащитники, защитники. Команда — это не один герой и десять свидетелей его величия. Команда — это когда каждый делает своё дело так, чтобы все вместе стали сильнее любого героя.
Игроки слушали серьёзно.
Один из них осторожно спросил:
— А если я чувствую внутри дух Марадоны?
— Тогда пусть этот дух научится отдавать пас, — сказала Наташа.