Автобус давно перестал раскачиваться, засевшие во внутреннем дворе люди только испуганно прислушивались к тому, что происходит снаружи. Каждый из них видел, что только сделал лидер группы, и если нашлись бы решившие назвать его трусливым самоубийцей, то теперь уже нет.
— Поднимай ворота! — взревел Хэнк, его эхо разнеслось по всей округе.
На мосту осталось всего десять мертвецов, да лежащий в каше из кровавой грязи игрок. Двое студентов, не щадя своих сил, крутили огромный барабан, наматывая цепь. По приказу Хэнка автобус был отогнан в сторону, остатки врагов добиты, а тело лидера отнесено в замок, к подземному источнику. Там его осторожно отмыли от грязи, кто-то выделил свою одежду.
Майкл не знал, что благодаря своим действиям поднял мораль подопечных до небывалых высот, чем обеспечил их более высокую автономность. Неписи очень скоро сорганизовались в единый механизм. Джина предоставляла информацию, где складировалась мебель, где удобнее всего ее разместить и многое другое. Хэнк назначил тех, кто будет дежурить на стенах, благо, помосты были пристроены по всему периметру, плюс ко всему имелось четыре башенки, с которых открывался обзор всю округу.
Части припасов хватило на четыре дня, затем по всему коллективу начали роптать — лидер не был мертв, но и в себя не приходил. Что делать дальше? Еда вот-вот закончится, а на ближайшие пятьдесят километров нет ни одного поселения, в котором можно было бы найти пропитание для такого большого количества людей. Хэнк, как мог, успокаивал группу, уповая только на то, что лидер вот-вот очухается, он напоминал о чудесном спасении жизни каждого… Но что в этом толку, если спасший сам же и выбрал место своего подвига?
— Смотрите, там самолет! — крикнул кто-то из дозорных
Практически все люди ринулись на стены, чтобы посмотреть на это своими глазами. Не торопился только Хэнк. Он уже знал, что это за самолет, знал, что в самое ближайшее время следует отправиться туда, где расцветет одуванчик парашюта, но Майкл все не приходил в себя.
* * *
— Ах ты мой сладкий! Спасти всех захотел? В солдатиков переиграл? Всю капсулу мне измазюкал… Придурок!
Сознание возвращалось толчками, как темные сгустки крови из глубокой раны. Человеческая часть голоса Сайбера обволакивала своей заботой, механическая — пронзала стержнем костный мозг. Майкла рывком вынули из капсулы, не очень бережно бросив в душевую кабину прямо в одежде. Сквозь шум струящейся воды до него донеслись слова, сказанные кому-то другому:
— Эпизод повторился, да. Кровищи, как от свиньи, вызови знающих ребят, Арси нужно хорошенько почистить. Нет, не в отключке, но и не в сознании. Так, шевелится, как змея на холоде. Пока еще не разбирался, надо логи посмотреть. Подожди, тут по второй линии звонок… Я вас слушаю. Что? Как вы… Но… Постойте! Твою мать!
Майкл пришел в более менее адекватное состояние уже через пять минут: Сайбер так отчаянно обливал его ледяной водой, лишив одежды, что у игрока не оставалось иного выбора. Не успев вытереться полотенцем, он тут же получил в лицо ворох одежды. Сайбер выглядел разъяренным, но настолько, насколько может быть в ярости зверь, запертый в клетке.
— Что за… — начал было Майкл, но его прервали.
— Заткни пасть!
Долгое время ничего не происходило. Один сидел на стуле в сторонке, другой ходил из угла в угол по всей мастерской, что-то бубня под нос, иной раз жестикулируя. Поначалу подавленное состояние Майкла начало перерастать в злость. Он вспомнил первую встречу с Сайбером, вспомнил, как уверенно тот вел себя в кафе, демонстрируя шпионские "штучки", как павлин раскрашенные перья. Вспомнил, как тот жизнерадостно хохотал узнав название артефакта. И вот теперь он бесился от бессилия, поскольку вдруг понял, что потерял контроль над ситуацией, которую никогда не контролировал.
— Не вывозишь, да? — закипая с каждой секундой, спросил Майкл.
— Что? — дернулся как от укуса Сайбер.
— Я говорю, не вывозишь? Думал, посветишь передо мной своими игрушками, похохочешь над дурачком, который вляпался по полной, да и все?