- Аза, - осторожно начала Лера, - объясни, наконец, от чего мы гнали? Ты выбежала, как сумасшедшая... И зачем тебе понадобилось раскрывать ворота? Там калитка стояла открытой!
Аза вспомнила то, что видела.
- Не все умерли в том доме, Лера, - голос ещё подрагивал. - Там была бабка, изуродованная чумой и... она, кажется, была не в себе... Мы с ней столкнулись возле калитки, когда ты уже вышла на улицу. Поэтому мне понадобилось выйти через ворота...
Аза, делясь своими наблюдениями, заметила, что Лера на неё саму смотрит как на чумную. Она прекратила рассказ в вопросительном молчании.
- Там не было никакой бабки, Аза. Когда я открыла воротину, то заглянула за неё проверить, что случилось. Ты выбегала с пустого двора. Я никого не видела.
Аза несколько мгновений глядела на подругу, словно окаменевшая, потом резко мотнула головой, прогоняя сомнения, и объявила, что ей, наверняка, показалось. А потом залепетала на другую тему. Что-то о своей практике: о том, что нужно сообщить в сельсовет о смерти фермера, что, если найдут во дворе её саквояж, пусть отдадут местному фельдшеру, когда он вернется к работе. Лера призывала одноклассницу остаться погостить на пару деньков, но та сослалась на занятость и через час уже держала путь обратно в родную деревню.
Увиденное не выходило из головы. Лера сказала, что ничего не видела. Разумеется, она ничего не видела. Что она, безмятежная душа, могла увидеть? Ведь это видение предназначалось только Азе. Чумная бабка оказалась ей самой, изувеченной старостью и собственными предрассудками. Когда видение приблизилось, Аза увидела своё лицо, отчего её затрясло. И в пропасть она летела неспроста. Она до сих пор в неё летит на протяжении нескольких лет. Ей нужно срочно отыскать себя и вернуть назад управление своей жизнью. Иначе результат превзойдет все ожидания: она останется "живым мертвецом", как тот, который явился к ней на фоне живописного дома с трупами.
Аза вернулась домой и на следующий день пошла на практику. Руководству больницы она сообщила, что все члены фермерской семьи скончались в ходе эпидемии странной болезни и переданы на попечение муниципалитета. Все принадлежности, оставленные в потерянном саквояже, она купила в аптеке своего района. А вакцины, выданные на заболевших, нечаянно разбились на обратном пути,. Она по забывчивости не соблюла меры предосторожности и не собрала их в связку. Также в отчёт о констатации смерти были внесены фальшивые данные, полученные якобы из осмотра трупов. Но руководитель практики всё равно принял этот отчёт, подшил в амбулаторные документы и всё вместе сдал в архив.
Интересно, что сделает Аза, когда ей придется написать отчет о своей жизни? И что, если когда-нибудь, влетая во тьму, она не успеет так быстро свернуть в сторону?
Конец