— Чего стоите? Пшеничный, где, спрашиваю?! Разбежались, нашли, немедленно! Бегом!
Застигнутые врасплох подчиненные мелкой трусцой разбежались, по трем направлениям. Двое сразу завернули за углы административного здания, а третий потрусил к терминалу. Те, что забежали за здание, по законам геометрии, вскоре сошлись в одной точке. Искать Пшеничного никто, из них, не собирался.
— Чего, это — он? Не знаешь? — Спросил один, другого.
— Очумел, от жары. Бесится.
— Чего, ему, Пшеничный понадобился?
— А, кто знает! Надо, пускай сам ищет. Или помоложе, кого пошлет.
Третий, который побежал к терминалу, забежав в прохладное помещение, сразу забыл, зачем его посылали. Вместо поисков Пшеничного, он решил, что самое время попить водички и отправился на поиски водопоя.
Начальник КПП, в это время, выходя из себя, барабанил кулаком по столу секретарши, а пальцами другой руки, работал с мобильником, пытаясь, дозвонится до начальника смены. Мысленно он прикидывал, не сбегать ли к сейфу, за пистолетом, чтобы заставить всех, вокруг, шевелиться, но подумал, что это займет дополнительное время, и остался на месте.
Секретарша, в первый момент, сделала обиженное лицо, но потом, когда на пол посыпались канцелярские принадлежности почувствовала, что ситуация не располагает к истерике и, даже, перепугалась. С перепугу, она стала жать не на те кнопки. Так продолжалось довольно долгое время. Андрей Дмитриевич стучал кулаком по столу, секретарша не могла связаться с нужными службами. Пшеничный был неизвестно, где. Секретарь, чувствуя, что вот-вот начнут барабанить по голове, стала спрашивать, везде, куда попадала, что им известно о месте пребывания прапорщика.
Эта политика, принесла свои плоды. На третий раз ей ответили, правда, неизвестно, кто, что Пшеничный сегодня на службе, к ним заходил, но где, сейчас — неизвестно.
— Искать! — Рявкнул начальник КПП и кинулся обратно в кабинет.
В кабинете, он схватил со стола трубку, прижал ее к уху и выпалил, что начальник КПП, майор Брестский, у телефона!
— Где вы ходите?! — Раздался в трубке зловещий голос. — Нашли Пшеничного.
— Так, точно! Он — на службе. Следует, по вызову, ко мне.
— Хорошо. — Сказал директор и повесил трубку.
Начальник таможни некоторое время простоял в растерянности, с трубкой, возле уха, потом встряхнулся и начал действовать. Наконец, ему удалось связаться с начальником смены. Он очень красноречиво донес, до того, что о нем думает, и отдал приказ доставить Пшеничного, к нему в кабинет, живого или мертвого.
В этот момент механизм системы, наконец, скрипнул, и колеса его завертелись. Приказ о поимке Пшеничного, пошел по инстанциям. Начались его поиски. Механизм набирал ход, колеса вертелись все быстрее.
Сам прапорщик, в это время, пристроившись в теньке, за углом терминала играл в шашки, с водителем застрявшего, из-за поломки, на таможне грузовика. Из своего укромного убежища, прапорщику было видно, что движения грузового транспорта на КПП нет, и он был безмятежно спокоен.
Суматоха, тем временем нарастала. Начальство поминутно интересовалось где — Пшеничный. Рядовые сотрудники носились, как угорелые. Пшеничный играл в шашки.
Когда прапорщика стали звать, во весь голос, водитель Толик сказал:
— Тебя, вроде, ищут.
— Ничего, пусть поищут. — Сказал Пшеничный, раздумывая над ходом. — Не горит. Как премии лишать — не ищут. Лишили и все.
— За что лишили. — Спросил Толик.
— Из принципа. — Сказал прапорщик. — Для отчета, об экономии средств.
Наконец, кто-то, самый хладнокровный, догадался заглянуть, за угол.
— Пшеничный, ты — чего?! Тебя ищут все!
— Чего ищут? Машины ни одной. Пусто.
— Начальник ищет. Аж, из Минска звонили! Из Департамента!
— Ладно, иду.
Пшеничный поднялся, потянулся и двинулся, к зданию администрации. Отовсюду выглядывали служащие терминала и провожали его взглядами. В корпусе, где размещалось руководства, сотрудники, выглядывая в окна, вполголоса обсуждали, на чем Пшеничный попался и, куда его, теперь.
Прапорщик, прошел, только полдороги, до точки назначения, когда к корпусу подъехала темная машина и оттуда вышли двое. Оба были в штатском, но явно не гражданские служащие. В предчувствие эпохальных событий, зрителей стало нервно колотить изнутри.
Пшеничный, еще, только подошел к крыльцу, а двое приехавших, уже были в кабинете начальника таможни. Тот, их, сразу опознал, и, когда посетители представились, не выказал удивления.
— Пшеничный — на службе? — Спросил старший, по званию.
— Так, точно. — Сказал Брестский. — Вот-вот, должен подойти.