— Пять секунд. — Сигнал ненадолго пропал, затем Рыжая вернулась на связь. — Сказала будет через минуту. Прием.
— Понял. Ждем. Отбой.
Лера вышла, как и обещала, через пять минут. Она переоделась в легкие спортивные штаны, и майку топик, открывающую плоский живот. Увидев ожидающих ее мужчин, девушка улыбнулась, посмотрела на Тимура, затем перевела взгляд на Диму. Юлаева опять уколола ревность. Он потянулся поцеловать девушку, больше для того, чтобы обозначить свое положение, чем в порыве чувств, но Лера в последний момент, подставила щеку.
В медицинском блоке тихо и чисто. Даже больницей не пахнет, хотя Тимур ожидал почувствовать привычный аромат медсанбата. Навстречу вышел уже знакомый врач и с улыбкой протянул руку.
— Еще раз привет. Андрей. — Врач выслушал имена пришедших и кивнул. — Ей уже намного лучше. Вы все сделали правильно, но не знали, что у нее аллергия на пенициллин. Уже принял меры. Сбили температуру и нормализовали состояние. Она спит, но можете зайти.
Лариса лежала в просторной палате залитой дневным светом. Кушетка сильно отличалась от обычных больничных коек: толстый ортопедический матрас, пластиковые бортики по бокам, и пульт управления изменяемой геометрии основания. Прямо как в голливудских фильмах. Женщина выглядела намного лучше, чем утром. Лихорадочный румянец спал, кожа вернула естественный цвет. Дышала спокойно и ровно, в так капающему раствору в капельнице.
— Я думала, мы ее уже не спасем. — Сказала Лера, сжав руку Тимура. — Это так страшно, когда ты просто беспомощен.
Тимур молчал смотрел на Ларису с одной мыслью в голове: «когда она придет в себя и встанет на ноги — поможет уговорить девочек вернуться домой в Геленджик. Взрослая женщина, с большим жизненным опытом, уж она то поймет, что эти условия, не лучшие для них.» Хотя может быть, что он ошибается. Может просто боится, что Лера найдет здесь кого-то более подходящего, а то, что был между ними произошло лишь об безвыходности. Тяжело вздохнул и обнял девушку за талию.
21.38 по Московскому времени
Юлаев сидел в беседке во внутреннем дворе и курил, разглядывая закатное небо. Уже вроде бы привык к фиолетовому оттенку, но на закате и рассвете небосвод становился просто фееричным. Расцветка градиентом менялась от алого к оранжевому, потом переходила в фиолетовый, а дальше в полуночно- синий. Прямо как в фантастических фильмах, показывающих небо на других планетах. Затянувшись, почувствовал запах палённой пластмассы и обжег пальцы.
— Блядь. — Отшвырнул бычок в сторону и схватился за мочку уха.
— Материться при девушках некрасиво. — Раздался голос Леры.
— Я тебя не видел. — Ответил Тимур, хотелось сказать, как можно мягче, но из-за засевшей ревности голос прозвучал грубо.
— Ты чего такой хмурый? — Девушка зашла в беседку, поцеловала в губы и скривилась. — Бе, гадость какая.
— Я нормальный. — Ответил Тимур, проигнорировав замечание.
— Давай не будем, а. Я же вижу, что ты с утра надутый.
— Мне здесь не очень нравится.
— А что не так?
— Словно в армию вернулся. Распорядок, обязанности. Разместили отдельно.
Лера, селя рядом, вздохнула и положила голову ему на плечо.
— Ну да, здесь не курорт. Но блин, ты же понимаешь, что без врачей, без поддержки, мы долго не проживем. Дома пахать надо, как чертям. И в огороде, и в доме, вообще не покладая рук. А здесь прямо как раньше. Работу свою сделал, тебя накормили, напоили. Голова ни о чем не болит, все есть. Живи и радуйся.
— Да я лучше дома поработаю, сам для себя, чем вот так, делать что-то по указке. Встал по команде, ешь по команде, работаешь. Это не для меня. Я в армии чуть с ума от этого не сошел.
— А зачем туда тогда пошел?
— Думал там действительно, как в кино или в роликах. Ну там стрелять из всего учат, физическая подготовка, на бронетехнике ездишь. А на самом деле, больше с лопатой любовью занимались, да выслушивали, какое мы ничтожество и плесень от сержантов и офицеров.
— Ты такой наивный. — Усмехнулась Лера. — В жизни вообще всегда так. Даже если тебе кажется, что ты обрел какую-то свободу, то все равно будешь жить под чьим-то колпаком, даже не осознавая этого. И самый умный тот, кто найдет самое теплое место под этим колпаком.
— Тебе Дима понравился? — Не выдержав спросил Тимур.
Лера повернулась и посмотрела прямо в глаза. Чуть сощурилась, как будто старалась что-то высмотреть. Затем резко поцеловала. Сначала просто в губы, затем села к нему на колени, обхватила голову двумя руками. Её язык проник Тимуру в рот. Девушка выгнулась, прижимаясь грудью. Почувствовал ее возбужденные соски через майку. В голове зашумело. Все мысли из головы улетучились, оставив одну: «сорвать с нее одежду и взять прямо здесь, в беседке на лавочке.» Но в этот момент Лера оторвалась от его рта. Еще раз пристально посмотрела прямо в глаза, тяжело дыша.
— Ты дурак? — Спросила девушка, переводя дыхание. — Думаешь я с тобой от нечего делать потрахалась? Ты мне нравишься очень, и не придумывай всякую фигню.
И снова страстный поцелуй. Возбуждение уже разрывало изнутри. Дал волю рукам, которые во всю гуляли под легкой одеждой девушки.
— Ребят? — Послышался мужской голос от входа в беседку.
Лера спокойно повернулась на звук, продолжая сидеть на ногах Тимура, который, как нашкодивший школьник, выдернул руки из-под её одежды и залился краской.
— Вы других не смущайте, вас же тут видно, как на ладони. — Взрослый, чуть седой мужчина, с тонкой шеей, чуть сгорбленной спиной и короткими усами. — Вам конечно никто не запрещает, но можете подойти к дежурному по блоку, и он вас в комнату пустит. Там куча пустых есть.
— Спасибо за совет. — Сказала Лера, встала и потянула Тимура за руку. Её губы горели алым от поцелуев, бретелька майки сползла, немного оголив верх груди. Она поправила одежду на ходу, направившись в корпус.
Через десять минут они захлопнули за собой дверь и прямо с порога начали раздеваться.
2 июля.
2.43 по Московскому времени
В комнату постучали. Затем постучали еще раз. Тимур нехотя открыла глаза. Проснулась Лера, непонимающе осмотревшись по сторонам.
— Что случилось? — Спросила Девушка, старательно отворачиваясь в сторону и маскируя дыхание.
— Фиг его знает.
Стук раздался еще раз.
— Да иду я иду! — Крикнул Тимур на ходу натягивая шорты.
— Юлаев? — Спросил невысокий, крепкий мужчина с большим животом и лысой как дыня головой, одетый в серую форму.
Сердце у Тимура екнуло. Прокрутил в голове весь день, вспоминая ни где ли он не накосячил.
— Да, что случилось? — Спросил сонным голосом.
— В караул заступаешь. Автомат свой бери. Без пяти три чтобы внизу был, разводящий встретит. — Лысый развернулся и зашагал по коридору.
— Что там? — Спросила Лера, сидя на кровати. Тимур засмотрелся на ее грудь. Никак не хотелось уходить и оставлять ее одну.
— Патруль. Сказали я заступаю.
— Зачем? Тебя не предупреждали?
— Да хрен его знает. Вообще ничего не сказали. — Пробурчал, натягивая штаны и кроссовки.
— А когда вернешься?
— Не знаю. Часа два скорее всего.
— Разбудишь как придешь? — Лера потянулась, Тимур опять уставился на её грудь.
— Зачем? — Спросил он.
— Я еще хочу. — Томно сказала девушка и легла обратно. — А пока посплю. Не целуй меня, изо рта воняет.
— Хорошо. Разбужу.
На улице свежо. Тимур поежился, и пожалел, что не одел толстовку. Прижимая к себе АК, подошел к группе мужчин, стоящих чуть поодаль входа.
— Юлаев? — спросил один из мужчин, грызя зубочистку.
— Ага.
— Ты сегодня на четвертом посту.
— А что не предупредили? — Как можно миролюбивее сказал Тимур.
— Как не предупредили? Ты должен был еще днем инструктаж пройти! — Возмутился тип с зубочисткой. — Кто вас встречал?
— Дмитрий вроде.
— Ясно, разберемся. Короче, слушай. Все мужчины ночью заступают на патрулирование территории. У нас шесть постов. Дежурство два часа. В армии служил? — Тимур кивнул в ответ. — Отлично. Значит уже знаком с караульной службой и с оружием. Твоя задача: в случае опасности, подать сигнал. Есть группа быстрого реагирования. Перекличка по рации каждые пять минут. Обход каждые полчаса. Все понятно.