- Вот это номер! – изумился Доходяга. – О таком даже не слышал, чтобы знакомые в одну роту попадали. Тем более в одну машину. Расскажи потом!
- Расскажу, – нейтрально пообещал Фидус. – И еще раз здравствуй.
Ольга долго и критически смотрела на Крипа, оценивая изменения. Молодой человек сильно похудел, осунулся, глаза запали. Обритая голова поросла коротенькой щетиной, совсем как у Ольги, только темного цвета. На инквизиторе был такой же балахонный комбез, как и у прочих сокамерников с крылатой белой спиралью ДНК в красном ромбе на левой стороне груди – эмблемой ЭпидОтряда.
За спиной инквизитора возвышался то ли сервитор, то ли механикум, Ольга уже запуталась и не понимала, как их различать. Наверное, все же сервитор, неплохо выглядящий, кстати. Почти как человек, только мумифицированный, частично закованный в панцирь экзоскелета. За спиной живого мертвеца торчали две теплоотводящие трубки, на груди висел дробовик с коротким и толстым стволом, а, нет, с целым пучком стволов. Такого оружия баллонщица еще не видела.
- Это?.. – Ольга показала на зомби пальцем, стараясь, чтобы тот не дрожал. – Что?
- Это Люкт, – ответил Фидус. – Спутник отца. Он верно служил при жизни, хотел остаться верным делу Императора и в посмертии. Теперь служит мне.
- Его с тобой не было, – нахмурилась Ольга.
- Это домашний слуга и библиотекарь, – терпеливо разъяснил Фидус. Он все так же стоял за низким порожком, не делая попыток шагнуть дальше. – Но может неплохо воевать. Я решил взять его с собой.
- Полный комплект экипажа! – воскликнул в кубрике чей-то голос, кажется Пыхаря. – Еще и с избытком. Да когда ж такое было!?
- Точно сдохнем, – тише и куда угрюмее констатировал Савларец. – Не к добру все это... Курица драная несчастье нам приносит...
Они с Пыхарем заспорили о природе невезения, но девушка уже не слушала.
- Чего тебе надо? – повторила она и после секундной паузы не удержалась от следующего вопроса, в котором сквозила плохо скрытая, отчаянная надежда. – Ты... за мной?
Фидус все же шагнул внутрь, задернул брезент, отгораживаясь от прочего вагона. Сел напротив Ольги, сложил руки на коленях, подчеркивая дружественность намерений.
- Отчасти.
- Это как? – встрепенулась Ольга, затем соотнести присутствие здесь Фидуса, его вид новобранца и смысл слова «отчасти». – Мда... Кажется, ты меня отсюда не увезешь в голубом вертолете...
Крип шевельнул головой, похоже инквизитора огорчило неприкрытое разочарование в глазах и голосе девушки.
- Чем бы ни был твой «вер-то-йод» у меня его нет. И я не могу тебя забрать.
- Так хрена ж ли ты забыл здесь?
Ольга напрягла все знание готика, чтобы вопрос прозвучал как можно резче, оскорбительнее. Кажется, попала в цель.
- О-Льга, – Крип выговорил ее имя с первого раза, но в два приема. – Что я тебе хочу сказать...
- Херню какую-нибудь, не иначе, – снова ужалила Ольга.
- Во-первых, мне жаль.
На язык само просилось что-нибудь вроде «ну а как же!» или «а то ж, прямо штаны от жалости спадают!», однако девушка лишь с тоскливой безнадежностью махнула рукой.
- Слушай, Крип... валил бы ты? Тут всякие бдения скоро начнутся. И ужасы ночные. Не до тебя.
- Мне жаль, – настойчиво повторил Крип. – Я обещал, и я не смог.
В Отряде ругань категорически не поощрялась, но девушка подумала, что момент достойный крепкого словца. Однако замешкалась над адекватным переводом выражения «пиздливо спиздел», и Крип заговорил снова:
- Я не могу вернуть время назад. Но могу постараться исправить то, что сделал. Насколько получится.
- И как ты это намерен делать?
- Лично, – с нездоровой серьезностью вымолвил Крип, пристально глядя на Ольгу.
Сервитор стоял в неподвижности и чуть слышно гудел моторчиком в животе под броней.
- Чего?
- Я говорил с... разными людьми. Искал возможность оспорить твое зачисление сюда.
- И как?
- Это невозможно. Если только не совершить невероятный подвиг.
- Замечательное Деяние. Я знаю.
- Значит, предстоит отбыть весь сро... все послушание. Или все-таки сделать что-то значимое, героическое.
- Крип, ты дурак, я сдохну раньше, – сказала Ольга тихо и грустно. По лекциям Священника она уже представляла себе, чем занимаются инквизиторы и сколь опасен может стать даже обычный спор, не говоря уж об оскорблениях. Но почему-то ей казалось, что Крип уже не совсем инквизитор. А может быть и совсем не инквизитор.
- Да, – просто и без затей согласился Фидус. – И такое возможно.
- Черт побери, – скрипнула зубами Ольга.
- И самый умный из собеседников тогда сказал – если хочешь, чтобы она выжила, не ищи оправданий и долгих путей, просто иди, охраняй, будь готов разменять жизнь и здоровье на ее безопасность.
- И что ты сделал? – Ольга непонимающе уставилась на Фидуса.
- Пришел, чтобы охранять, – пожал широкими плечами Крип.
- Пришел... чтобы охранять.
Ольга сгорбилась, низко склонив голову, пряча кисти между колен. Крип говорил что-то еще, но девчонка его не слушала. Фидус, наконец, понял, что слова пропадают втуне и замолк. Ольга, в свою очередь, заметила, что поток слов завершился, и снова глянула на инквизитора. Она часто моргала, но удивительно светлые глаза василькового цвета оставались сухими. Во всяком случае, казались такими.
- Оставь меня, – выговорила она глуховато, но вполне отчетливо.
- Ольга...
- Крип, – девушка полуприкрыла глаза, еще плотнее сжала колени, будто пытаясь согреть замерзающие пальцы, тонкие, как прутики. – Ты пришел, чтобы успокоить больную совесть?
Фидус подумал и честно ответил:
- Да. Пожалуй.
Еще немного подумал и прибавил:
- И еще сделать хорошее, достойное дело.
- А мне то что с того?
- Не понимаю...
- А он предупреждал, он говорил, – пробормотала себе под нос Ольга.
- О чем ты? – насторожился Фидус.
- Он говорил, что это никому не нужно, никто не оценит, – прошептала девушка. – Никто не скажет спасибо. И накажут за то, чего я даже не понимаю. Он... был... прав...
- О чем ты? – жестко, требовательно повторил Фидус.
- Мне нужно выйти отсюда, – посмотрела глаза в глаза Ольга. – Пока меня не убили тут все эти ваши ведьмы и ксеносы. Как-то обустроить новую жизнь. Найти себя... как-нибудь. Но ты мне в этом не помощник, верно? Тебя разжаловали?
- Нет! – резко выпрямился Фидус. – Я инквизитор! Просто...
- Просто для меня ты ничего сделать не можешь.
Теперь в ее голосе слышался не вопрос, а утверждение, грустное и безысходное.
- Ты ничего не можешь, Крип. Только записаться в Отряд и красиво рассказать о том, какой ты пафосный и храбрый.
Фидус закусил губу и внезапно подумал, как сильно тоненькая желтоголовая девочка сейчас похожа на Шметтау. Два абсолютно разных человека, объединенные лишь одним – они не уважали инквизитора Криптмана ни на грош. И не верили в него даже на маковое зерно. Просто Калькройт выражал это с удовольствием, наслаждаясь торжеством, а Ольга с тихой безнадежностью.
- Оль...га.
Крип робко поднял руку, но девушка уже вставала, надев маску отреченной, безразличной сдержанности.
- Было приятно вновь познакомиться, господин Криптман. Добро пожаловать в наш славный вагон. А теперь меня ждут дела.
Уже из коридорчика, покосившись на электронного зомби с многостволкой, Ольга добавила с мрачной решимостью, уже вполне громко:
- Сунешься еще раз без спроса, получишь по морде.
- Эта может! – подтвердил один из отрядовцев, кажется Пыхарь, и громко заржал.
Ольга закинула голову с надменной гордостью так, что нос устремился едва ли не в потолок, и пошла вниз, к танку и своим баллонам. Ей очень хотелось остаться наедине с собой и подальше от Крипа.
====== Глава 8 ======
- Погодь, – Берта перехватила баллонщицу в кубрике. – Вниз давай. Дело есть.
Ольга вытянулась во фрунт и хлопнула ладонью по груди, в Отряде это было аналогом отдания чести.
- Короче, – наставница спустилась в ангар сразу вслед за баллонщицей, там уже поджидали Грешник, Пыхарь и Водила. – Есть мнение, что… надо бы нам немножко приготовиться.