- Подожди, подожди! – Ольга выставила вперед ладонь, как игрок, берущий тайм-аут. – Это что, телесериал?!
Она уже привыкла, что в мире безрадостного и жестокого будущего вершиной общедоступного развлечения являются радиопьесы типа «Избранные воины Императора»«, «Жизнь комиссара», «Умри или сражайся», перемежаемые производственными романами о выплавке миллиардной тонны стали и горящем плане выпуска бронетехники. Все конфликты строились вокруг противостояния двух специалистов, один из которых просто хотел хорошего, а другой хотел еще лучше. В финале консерватор и радикал неизменно объединялись, плавили металл, в последнюю минуту самолично закручивали последнюю гайку и торжественно провожали на абстрактный фронт партию лазерных винтовок, танков и так далее.
А теперь Дженнифер просто вручает ей штуку, которая сойдет за хайтек даже по меркам родного XXI века. И к ней в придачу флешку с настоящим сериалом! Сериалом, черт возьми!
Этот Марс прямо какой-то заповедник прогресса и культуры...
- Да, произведение разделено на отдельные серии. Там несколько основных сюжетных линий, и любовные тоже есть, хотя они и не основные, и много дженовых, – ответила Вакруфманн.
Ольга искренне, с душой расхохоталась.
- Дженнифер, сколько тебе лет?
- Через девяносто восемь стандартных суток будет пятнадцать, – ответила «шестеренка». – Для тебя возраст собеседника имеет некое принципиальное значение?
- Нет, – Ольга, спохватившись, крепко вцепилась во «флешку» со ста тридцатью сериями рыцарей, приключений, любовных линий и загадочного «джена»
- Совсем нет...
====== Глава 20 ======
Близкие люди раздражают больше всего. Чужак может быть неприятным, вредным, опасным – любым. Однако по-настоящему бесит лишь тот, кто находится рядом, на расстоянии вытянутой руки и ближе того. Инквизитор Шметтау не единожды размышлял над этим парадоксом, будучи вынужден терпеть общество Пале. Да, Эссен был полезен, эффективен, удобен, в конце концов. И все-таки...
Раздражал! Тем более, что у инквизитора опять разболелась спина, да так, что легкие анестетики не помогали, а крепкие снадобья Шметтау пока отложил, намереваясь сохранять кристально ясный взгляд на обстановку. Калькройт привычно надел маску скучающего безразличия и приготовился выслушать очередную порцию «ничего» от исполнительного, хотя не блещущего фантазией помощника. А затем едко спросить, какой злоехидный демон надоумил Эссена потратить время и ресурсы на перелет с планеты на корабль (да еще с учетом грядущего возвращения) без достойных внимания новостей. Надо сказать, поначалу верный конфидент шел строго в русле ожиданий, но затем вывернул отчет в неожиданном направлении.
- Так... и что это? – спросил инквизитор. Он уже примерно сообразил, о чем речь, но теперь ждал подробных разъяснений.
- Издержки развернутого и сложного бюрократического документооборота, – пафосно разъяснил Эссен. – Дело в том, что проявления... э-э-э... враждебных проявлений фиксируются сразу несколькими ведомствами. И соответственно отражаются в отчетах.
- Проявления проявляются, – буркнул Шметтау. – Ну конечно, как же еще. И?..
- Я начал проверять все формы планетарной отчетности.
- Та-а-ак, – протянул Шметтау. – Дальше.
Теперь инквизитору стало по-настоящему интересно. Да, с фантазией у Пале было все очень и очень плохо, но его нечеловеческое упорство и лобовой напор зачастую давали результат как бы не эффективнее хитрых аналитических комбинаций.
- Стражи порядка и закона, как правило, секретят свои документы, придерживают информацию ради соображений тайны следствия и межкорпоративного соперничества. Но я обнаружил, что есть структура, которая тоже регулярно отчитывается по интересующим нас вопросам, причем ее доклады наиболее полны и оперативны.
- Система энергетического снабжения, – подумал вслух Шметтау, глядя на толстую папку, что доставил с Маяка Эссен. Скверные, второпях сделанные копии, распечатанные на старой аппаратуре и бросовой бумаге. Зато много и быстро. Похоже, Эссен сумел выдернуть квартальные, годовые и специальные отчеты за сотню лет или около того.
- Да, господин. Поскольку Маяк – планета стратегического назначения, ее энергетическое снабжение управляется централизованно и планово. Все источники, линии передач, а также резервные мощности проинвентаризованы, учтены, записаны в мобилизационные планы. Если коварный враг нагрянет...
- ... планетарная оборона дружно подотрется этими планами и начнет героически превозмогать. Как обычно, – продолжил за него Калькройт. – Дальше.
У инквизитора даже спину отпустило, инквизитор уже понял в общих чертах, куда ведет помощник, и в душе загорелся хищный огонек азарта.
- Соответственно любые внеплановые отключения, аварии, а равно прочие сбои обязательно расследуются и сводятся в регулярные отчетные формы. Но поскольку электричество слабо относится к борьбе ведомств и расследованиям уполномоченных инстанций, в отношении документооборота действуют обычные правила секретности.
- То есть минимальное цензурирование? – выпрямился инквизитор, пренебрегая уколом боли. Калькройту было слишком интересно.
- Совершенно верно, – Эссен изобразил соответствующее моменту почтение и восхищение умом патрона.
- И что в результате?
Эссен с величественным видом развернул самый первый лист в монументальной папке. Он был из очень плотной бумаги, больше похожей на тонкий картон, и сложен в шестнадцать раз, так что в итоге накрыл едва ли не весь стол инквизитора.
- Ну-ну, – с неопределенной интонацией пробормотал Шметтау, близоруко щурясь.
С точки зрения постороннего наблюдателя текст был нечитаем, представляя собой что-то вроде сводной метрики, часть была отпечатана портативной машинкой-штампом, часть написана от руки (хотя и довольно разборчиво), иллюстрирующие схемы тоже по большей части пририсованы. Однако Шметтау работал с документами много, много лет, и привык анализировать, «накрывая» текст взглядом, сразу выхватывая ключевые моменты.
- Так, – негромко сказал инквизитор. – Так... Это по состоянию на…?
- Три часа ночи, сегодняшние сутки. Я отправился к вам, господин, едва получив его на руки. Отчет традиционно составляется в момент минимальной нагрузки на планетарную сеть. Хотя это довольно условно, энергию в основном потребляют заводы, космопорт и астропаты, у них норма колеблется незначительно.
- Заводы ночью? – удивился Шметтау и сам же себя поправил. – Ах, да, посменная работа.
- Совершенно верно.
- Любопытно, – резюмировал инквизитор. – Очень любопытно. То есть мы можем смело дополнить наш график новыми данными. И, судя по тому, что я вижу, затухание хаотических возмущений не коррелирует с энергетическими проблемами Ледяного Порта.
- Линии примерно совпадают… – указал помощник. – До этой точки.
- Да, а затем расходятся… Хаотическое проявление падает до несущественных значений, а вот проблемы энергосетей наоборот, множатся с хорошо видимой прогрессией… И сейчас вдруг происходит рывок по обоим направлениям. Очень интересно! Знаешь, на что это похоже?
- Нет, – сказал Эссен. В действительности кое-какие догадки у него были, но в данный момент от помощника требовалось иное.
- Словно кто-то воровал энергию ради чего-то… – задумчиво, с долгими паузами размышлял вслух инквизитор. – Или творил некое… действо, побочным эффектом которого выступали проблемы энергетиков. В конце концов, как говаривал мой учитель, в каждой розетке скрывается демон. А затем по каким-то причинам мы перестали видеть сам процесс… возможно его сумели хорошо замаскировать, а возможно он вступил в стадию концентрации, как у бойца перед решающим ударом.
- Падение хаотических перверсий?
- Именно. Но замаскировать кражу энергии не получилось. Или, если верна вторая версия, не удалось изолировать побочные эффекты… Хотя мы сейчас чудом увидели какую-то связь. Возможно загадочные «они» ее тоже не заметили, потому и не скрывали.