- Давайте вызовем врача. Или скажем Константину Дмитриевичу.
Сегодня дед Мэла поздно вернулся из города и заперся в кабинете.
- Нет-нет. Ни в коем случае, - выпрямила спину женщина. - Мне гораздо лучше. Спасибо, не стоит беспокойства. Спокойной ночи.
Расхаживая по своей комнате, я исходила тревогой. Не стоило оставлять Зинаиду Никодимовну в одиночестве. Вдруг случится новый приступ, и она не сможет позвать горничную, а время будет упущено? Память услужливо извлекла из дальнего угла картинку мертвой тётки и коробку с лекарствами, до которой та не дотянулась. И я не утерпела. Отправилась к Зинаиде Никодимовне и постучала в дверь. Естественно, Кот пристроился провожатым.
Женщина открыла не сразу. В свете ночника, с распущенными волосами и в халате, наброшенном на ночную рубашку до пят, она напоминала бабу-ягу - старую и седую. Да ведь и у меня похожая седина, - усмехнулась я. Мэл не знает, что помимо прочих сложностей у меня имеются проблемы с цветом волос, и приходится периодически их подкрашивать.
- Как вы? - спросила я у Зинаиды Никодимовны. - Мне не спится. Можно побыть с вами?
Напросилась, в общем. А компаньонка не отказала. Ей хотелось выговориться, об этом шепнула моя интуиция.
Кот тут же забрался в кресло, а Зинаида Никодимовна подошла к окну.
- Чем вы увлекаетесь? - спросила, глядя в темноту за стеклом.
Я в растерянности молчала. У меня одно увлечение - всё, что связано с побережьем. Не считая Мэла, конечно. Он - мой монолит. Точка отсчета моей системы координат.
- Каждый чем-то увлекается. Кто-то любит классическую музыку и находит соратников по интересам. Кто-то увлекается греблей на байдарках и общается с любителями гребли и байдарок. Быть может, организует клуб. Общие интересы сближают, не так ли? - вздохнула женщина. - Интересы могут быть разными - от коллекционирования фантиков до садомазохистских оргий. О, простите, я подразумевала совсем не то. Хотела сказать, что...
- Что диапазон человеческих страстей велик, - подсказала я.
- Да. Увлечение преследует страсть и неважно, к чему.
Зинаида Никодимовна замолчала. Глядя на свое отражение, заправила прядь за ухо.
- Сегодня вы завели речь об артефактах... И сказали правильно. Древности далеко небезобидны. Не представляете, сколько сокровищ скрывает земля, и сколь они опасны. Первые владельцы пользовались ими по назначению, пока в один прекрасный момент диковинные штучки не попали в руки к людям. Мы похожи на мартышек, которые трясут, стучат, прикладывают к уху, грызут, пытаясь добраться до начинки, но зачастую безуспешно. Пользуясь артефактами, мы подвергаем риску себя, наши семьи, нерожденных еще детей, будущие поколения. И не боимся, потому что удивительно безалаберны. Плюем на опасность свысока. А кое-кто даже увлекается коллекционированием древностей. Организовывает экспедиции, выкупает у владельцев или убивает.
Компаньонка обронила: "охотники", и мое сердце замерло, мгновенно проведя параллель между оборотнями и теми, кто истреблял их веками. К несказанной радости, параллель оказалась ошибочной. Термин "охотники" обрел новое звучание в цивилизованном мире, став клубом по интересам. Вернее, интерес один - артефакты. Членство в клубе получает любой, кто болеет страстью к уникальным раритетам. Кто собирает их и прячет в бункерах со сложнейшей охранной системой. Охотники роются в старинных рукописях и манускриптах, выискивают ниточки и следы: карты, свидетельства очевидцев, мифы и легенды, документальные подтверждения... Охотники рыщут по планете - в песках, во льдах, на море и в джунглях... И находят. Охотники продают - охотники же приобретают. Охотиться за артефактами можно по-разному.
Клуб по интересу. Узкий круг увлеченных людей. Известные коллекционеры, чьими именами пестрят атласы и каталоги. И фамилия Мелёшиных в том числе. Ба, знакомые всё лица. Здесь нет места случайным зевакам.