– Как ты оказалась в этом месте? - Ксень бросила взгляд исподлобья и сказала.
– Я вместе с паломниками шла в храм Света и Тьмы, чтобы спросить совета. На нас напали хроры, - и Ксень махнула рукой в сторону вождя. - Они убили всех, кроме меня. А этот, - она опять указала на побитого амбала и в голосе у нее появилась злость, - взял меня к себе в дом.
Я не стал расспрашивать девушку, как с ней обращался бугай, и без перевода понятно, что плохо. Поэтому спросил.
– Ты знаешь, кто я?
– Черный мститель, господин. Жрецы называют тебя Старший брат - Посланец богов.
– Правильно. Так какого совета ты хотела просить у жрецов?
Ксень упала на колени, еще больше склонила голову и зачастила.
– Я сирота и меня воспитывал шаман нашего племени Голубых устриц. Но четыре луны тому назад, он умер. А с тех пор, как я себя помню, люди моего племени смотрели на меня косо. Я непохожа на других. У меня нет друзей. Все меня боятся и ненавидят. Я хотела спросить у богов, что мне делать? - я подумал, что если племя Голубой устрицы состоит из таких же монстров, что и этот горец, то все понятно и объяснимо. В целом просьба девушки хорошо укладывалась в мой план. Поэтому принял решение и сказал.
– Останешься при храме. Со временем будешь главной жрицей Богов Света и Тьмы. Всю ближайшую луну тебе придется ухаживать за жрецом храма. Он остался один, долго голодал, ему нужна помощь. А сейчас дай мне руку и поднимись с колен, младшая сестра. - Ксень поднялась на ноги и с надеждой посмотрела на меня. Я продолжил. - Посланец Богов любит много и вкусно есть. Собери здесь все, что может потребоваться для этого. Освободи от полезных вещей дома, которые построили хроры, и сложи вещи в сторонке. Я сожгу их избушки. Забери у убитых их оружие и перенеси в какой-нибудь дом храма, - и я не отказал себе в удовольствии, привлек девушку к себе, наклонился и запечатлел поцелуй на ее губах. Девица затрепетала, покраснела и часто задышала. Я с трудом оторвался от сладкого рта и, чувствуя себя последним обормотом и ханжой, прошептал. - Иди с миром младшая сестра.
Теперь осталось разобраться с вождем хроров и сделать зачистку территории в прямом, а не в прижившемся в последнее время на Земле смысле. Подхватив по дороге прислоненный к стене черенок от лопаты, подошел к лежащему на земле вождю и прорычал.
– Вставай хрор, - тот замешкался с выполнением приказа и я приложил его черенком по больному месту ниже пояса, добавив. - Мне нужно повторять? - заскрипев зубами от боли бугай поднялся на ноги. Я уткнул ему в грудь черенок и спросил.
– Сколько человек было в дозоре? - Вождь бросил взгляд исподлобья и выдавил.
– Двое.
– Где они сейчас? - хрор махнул рукой в сторону моста у разлома. Я криво усмехнулся и произнес.
– Ты знаешь, что бывает, когда обманывают Посланца Богов? - вождь насупился и промолчал, а я ткнул его в солнечное сплетение и, когда он согнулся от боли, крест на крест протянул черенком по спине два раза. После этого концом палки вздернул его голову за подбородок и опять задал вопрос.
– Сколько человек в дозоре? - Вождь застонал и прошептал.
– Шестеро.
– Где?
– Четверо у моста к храму. Двое у моста через реку. - Из этого ответа я понял, что где-то недалеко протекает река, через нее есть мост и там еще остались недобитки. Скорее всего, мост через реку, это принадлежность дороги в храм и находится он с противоположной стороны поселка.
– Когда должны вернуться двое, которые у моста через реку?
– На восходе солнца. - Я бросил взгляд на восток - до появления диска солнца на горизонте оставалось не более получаса. Нужно лишь немного подождать и принять меры, чтобы не получить удар в спину, поэтому приказал.
– Ложись лицом на землю. Руки за спину.
Застонав от боли - сломанный крестец это не подарок, вождь примостился на земле и, поворочавшись сбоку на бок, закинул руки за спину. Я подобрал разрезанные куски веревки и, связав их, примотал руки и ноги хрора друг к другу. После этого достал из колчана за спиной лук и направился к крайнему дому поселка, откуда открывался отличный вид на дорогу, уходящую в лес. Все это время Ксень, напевая нехитрую песенку, занималась уборкой помещений и я любовался ее красотой, постоянно держа в поле зрения краем глаза… Все-таки есть в этой жизни и много хорошего.
Но вот из-за кустов показались двое ничего не подозревающих молодца, которые не дождались своей подмены. Теперь они негодовали и горели желанием разобраться со своими не слишком обязательными сменщиками. По дороге оба двигались быстрым шагом в сторону деревни.
Я дал подойти им шагов на пятьдесят, выступил из-за дома и выпустил из лука две стрелы, целясь в солнечные сплетения бандитов. Стрелы вошли в живые мишени, как положено, с чмокающим звуком по самое оперение, повредив позвонки спинного мозга. Пенальти пробито безукоризненно и мишени, почти одновременно, но в разные стороны, мягко завалились на бок. Я, не торопясь, подошел к горцам, оба были еще живы и лупали глазками. Достал нож и ткнул по разу в шею каждому.
Чуть подождал и осторожно, стараясь не сломать и не оставить наконечник в теле, вытащил стрелы. Вытер от крови и положил в колчан вместе с луком. Основная часть зачистки завершена и можно приступать к ее завершающему этапу - уборке.
Первое, что нужно сделать, это ссадить с насеста часового. Я вздохнул и направился к дереву, где торчала 'кукушка' пришпиленная к стволу. Залез на верхотуру. После непродолжительных усилий выдернул стрелу. Для этого пришлось сначала отпилить голову вместе с шеей. И после того как безголовый труп часового свалился на землю, извлечь наконечник и древко. Затем слез с дерева и направился в поселок.
Подхватив по дороге черенок от лопаты, в очередной раз разрезал веревки на руках и ногах вождя и скомандовал подъем. Наученный горьким опытом хрор послушно выполнил приказ и встал, понурив голову. Я ткнул его палкой и сказал.
– Сейчас начнешь работать. Сначала вытащишь мертвяков из крайнего дома и затащишь их в дом, который рядом. Затем разберешь крайнюю хижину по бревнышку. Два самых длинных центровых бревна нужно отложишь в сторону. Они пойдут на восстановление моста к храму. Остальной мусор будешь складывать рядом с другим домом, постепенно заваливая его со всех сторон. Пошел, - и ткнул его дрючком еще раз. Вождь повернулся и, не задавая вопросов, двинулся к месту работы.
Я направился следом, поигрывая черенком, как никогда в этот момент похожий на полицейского при исполнении, вооруженного дубинкой. Затем встал в сторонке - ноги на ширине плеч и приступил к надзору за работой. Вождь, потерявший всякую волю к сопротивлению, действовал, как автомат, и с моей стороны вмешательство пока не требовалось.
Так, 'общими' усилиями, мы стащили всех убиенных в один дом, периодически перекладывая трупы сухими фрагментами стен построек горцев. Наиболее крупные части домов сваливались к стенам. В результате через несколько часов получилась великолепная основа для погребального костра, оставалось только запалить и сделать кремацию. Известно, что для качественного сожжения одного покойника, требуется примерно два кубометра дров. У меня получилось не меньше…
Эту кучу хвороста я поджег с трех сторон. В абсолютном безветрии пламя костра поднялось метров на пять. Отступив на несколько десятков шагов и, приглядывая, чтобы пламя не перекинулось на оставшиеся дома в поселке, дождался пока погребальный костер не прогорел почти полностью.
Оставив Ксень наблюдать за углями, снова взял в оборот хрора, заставив его перетащить к разрушенному мосту десять длинных бревен. Вождь оказался семижильным и работал не хуже голема.
У моста сменил свою импровизированную дубинку на сулицу одного из убиенных сторожей. Заставил хрора покидать трупы охранников в провал и перебросить для начала два бревна с одной стороны расщелины на другую. На этом вся предварительная, тяжелая и грязная работа была завершена.
Поставив вождя на краю расщелины лицом к провалу, воткнул ему сулицу сзади в спину, пробив его мощное тело насквозь, и пинком под зад послал в свободный полет на дно провала вслед за своими соплеменниками. Было племя хроров, были проблемы. Не стало племени - нет и проблем.