Голограмма оказалась шифрованной. Вместо изображения — столбики цифр и символов.
Сон мгновенно улетучился, и Скайуокер включил дешифратор.
— Здорово. Или тебе больше нравится «здравия желаю, капитан Скайуокер»?
Анакин набросил на плечи одеяло и устроился в кресле.
— Тебе идет шлем.
— Девочкам он тоже нравится.
— Буду знать.
Существо сняло головной убор и ухмыльнулось лицом Бобы Фетта.
— Так что тебе нужно?
— Информация. О наемниках.
— А конкретно?
— У меня на дредноуте четырнадцать бывших наемников в составе штрафной роты. Мне нужно знать, кто из них может работать на сепаратистов. Или работал на них в прошлом.
— Назови кого-нибудь.
— Фил Кунц, Грен Фройен, Цанж Штернбах…
Скайуокер перечислил всех. Он уже знал и фамилии, и послужные списки практически наизусть, настолько глубоко вьелось в память это подозрение.
— Никого из них не знаю.
— Ты можешь проверить их по своим каналам?
— Могу. Но это будет долго. Я же не СБ.
— Именно потому я тебя и вызвал.
— У тебя проблемы с СБ?
— Так… Сначала они предупреждают меня о чем-то. Звучит это как «одна бабушка сказала». Потом, когда все катится к ситху, СБ больше не хочет со мной общаться.
— Они всегда считали себя самыми умными.
— Я заметил.
— Так что у тебя случилось?
— Да хрен его знает, но случилось.
Скайуокер обрисовал ситуацию. Старался быть кратким и говорил рублеными фразами. Кратко у него не получилось.
Фетт внимательно слушал. Потом суммировал впечатления одним предложением.
— Я честно не знаю, почему тебя заклинило на этой штрафной роте.
— Меня не заклинило. Тебе не кажется странным, что их перевели на мой корабль сразу после предупреждения?
— Мне кажется странным, что кто-то из штрафной роты смог бы шпионить за тобой или за кем-то из командования корабля. Вы с ними что, лум распиваете? Или в саббак режетесь?
— Представь, что среди них есть профессионал. Такой, который прекрасно знает технику. Знает, как поставлена служба на дредноуте, и…
— Ты параноик.
— Я не параноик. Мне не нравится это совпадение.
— Других версий у тебя нет?
— Тут можно подозревать кого угодно.
— Это ты об СБ?
— Я не думаю, что в СБ сидит информатор сепаратистов. Но они знают больше, чем говорят.
— Интересно, — Фетт сложил руки на груди. — Я подумаю. Ничего не обещаю. У меня пока нет идей, как раскрутить эту ситуацию.
— А если попробовать раскопать что-то о наемниках?
— Я могу поспрашивать пару человек, которые занимались вербовкой людей для таких подразделений. Может, они что-то знают. Но это займет как минимум неделю.
— Я подожду.
Боба кивнул.
— Услуга за услугу, — добавил Скайуокер.
Фетт одел шлем.
В течение нескольких секунд они смотрели друг на друга. Глазами — в т-образный визор. Через т-образный визор — в глаза. Тысячи килопарсеков не было.
— Услуга за услугу, — ответил Боба.
Связь оборвалась. Только тогда Анакин вспомнил, что даже не спросил Фетта, где тот находится в данный момент.
Иллюминаторы «Виктории» пялились на астероиды. Астероиды таращили на дредноут пустые каменные глазницы.
Ходовые испытания шли наперекор проваленному рейду. Наперекор подозрениям, в которые были посвящены только несколько старших офицеров. Скайуокер это один раз заявил на совещании. Сказал и сам почувствовал фальшь.
На самом деле, все было не так.
Приятно развлекать себя мыслями о чем-то высоком и геройском, но бывает время, когда пафос становится непереносим.
Они просто выполняли приказ.
Уже целую неделю дредноут жил по плану. По плану был взят курс на ближайший к Татуину астероидный поток, рассчитаны точки входа и выхода, совершен гиперпрыжок.
Никаких неполадок. Ни в реакторе, ни в гипердрайве, ни в маршевых двигателях.
Впрочем, иногда капризничала холосвязь. Это было легко объяснить: астероиды. Может, поэтому и не было никаких новостей? Или их просто не было?
Он ждал. Ждал, пока его перестанут игнорировать СБ и штаб.
Фетт молчал. Ничего не нашел? Не искал?
В эти дни Скайуокер почти полюбил чтение бумаг. Это было нетрудно: закрыться от одних проблем другими, с головой ныряя в рапорты и отчеты. Вот только при выныривании возникал тот же самый вопрос: нет ли новостей?
Он снова ходил по отсекам. Выслушивал доклады. Часто вспоминал ту ночь перед стартом с локримийских верфей. Тогда он мог надеяться, что все обойдется. Теперь понял: надеяться больше не на что. Проблемы можно устранить только вместе с их источником.