— Рискну.
— А свидетели?
— А свидетели скажут, что никакой шаттл СБ в ангар не садился. Астероидный пояс недалеко. Сильные гравитационные помехи. Мизерная ошибка в расчете точки выхода — и все.
— Две с половиной тысячи человек подтвердят эту ложь?
— Подтвердят. Хотя можно сделать проще.
— Проще?
— Сердечная недостаточность. Никаких следов насилия. Более того, это как раз можно устроить при свидетелях. Никто не удивится: вам около пятидесяти лет, у вас напряженная и нервная работа — значит, вы в группе риска по сердечным заболеваниям.
— А вы не задумывались, что мои сотрудники на Корусканте посвящены во все детали этой операции? И что они доведут дело до конца?
— Боюсь, что наблюдать торжество справедливости в могиле вам будет довольно скучно, — Скайуокер выдержал паузу, потом добавил. — Оллред, я не знаю, в какую игру здесь играете вы. Но я не верю, что вы поделились своими подозрениями с кем-то на Корусканте. Потому что вы прекрасно понимаете, что попытка привести в жизнь высказанные вами угрозы выгодна кому угодно, но только не Республике во время войны.
Офицер помолчал минуту. Потом неожиданно, в первый раз за все свое пребывание в каюте, открыто улыбнулся.
— Тогда перейдем сразу к делу.
— А сейчас мы о чем говорили?
— Прошу прощения, капитан. Сейчас я рассказывал вам интересную детективную историю. Еще раз прошу прощения, если злоупотребил вашим временем.
— Забавно. Я только не понял смысла.
— Мне было интересно узнать, насколько вы изменились за девять лет, — ответил Оллред. И пока Анакин раздумывал, как отреагировать: достойно промолчать или же честно выразить свои чувства с помощью новой красочной тирады на хаттезе, офицер добавил. — Капитан, дело Рутьеса практически закрыто. Осталось только допросить инженеров, но вряд ли с ними будет также интересно беседовать, как сейчас с вами. Про то, что курсант Фетт был приятелем курсанта Скайуокера, мне рассказал мой личный знакомый с Кариды. Еще пару лет назад. Да-да, я там бывал и один раз ради любопытства поинтересовался, как идут дела у некоего Анакина Скайуокера. Естественно, это ни о чем не говорит, да и никаких улик у меня нет. Но хочу, чтобы вы поняли: если бы я что-то имел против вас, я бы поделился всеми своими догадками с Орденом. Рыцарям хватило бы любой зацепки.
— Как мило. Я должен вас за это поблагодарить? За то, что вы не написали донос?
— А вообще могли бы. Потому что джедаям вы угрожать придушением Силой не сможете. И представьте себе, вами там до сих пор интересуются.
— Я в курсе.
— И меня, признаться, крайне удивило, что рыцарь-джедай играет за вас.
— А чего вы ожидали?
— Критики ваших действий. Хотя бы по мелочам. Недовольства. Безразличия. Но уж никак не полного согласия. Скажу честно, этот факт только усилил все мои подозрения. Впрочем, важно другое.
— И что важно?
— Присутствие джедая на вашем корабле выглядит как провокация Ордена.
— Это неудачная провокация.
— Вы знали рыцаря Кеноби раньше?
— Конечно.
— Тогда я бы советовал вам быть очень осторожным.
— Спасибо. Я всегда осторожен.
Оллред нарочно скопировал кривую ухмылку Скайуокера.
— Да уж не сказал бы. Однако, к делу. Я прилетел сюда по большей части ради операции на Трииб-4.
— И вот еще одна любопытная деталь, — сказал Оллред. — Задолго до того как наш шаттл был принят на борт «Виктории», я связался со штаб-квартирой республиканской СБ на планете Трииб-4. И передал им полученную от вас информацию — о том, что на планету в скором времени приземлится истребитель «Ксенон». Сегодня, как только дредноут встал на орбиту Трииб-4, я снова связался с коллегами и получил ответ. «Ксенон» не садился ни в одном космопорту. Тем не менее, посадку похожего истребителя служба планетарной обороны засекла в частных владениях. Полагаю, такое имя как Михо Каару ничего не говорит присутствующим?
Офицеры — командование «Виктории» плюс два командира дредноутов соединения — переглянулись. Оллред продолжал.
— Михо Каару — один из самых богатых людей системы Трииб-4. «Ксенон» сел на территории отеля «Гвиневер», принадлежащего двоюродной племяннице Каару. В том же отеле находится и закрытый клуб «Вальцер».
Скайуокер, который уже был посвящен в детали операции, не мог отделаться от ощущения, что все это слишком напоминает ему события трехмесячной давности. Снова частные владения, снова один очень богатый человек, интересам которого стало тесно в Республике. С той лишь разницей, что теперь туда придется лезть одному джедаю, а Анакину доставалась спокойная роль наблюдателя. Ни о каких боевых действиях артиллерии, истребителей или десанта не могла идти речь — планета принадлежалатерритория Республики. Официальной легендой нахождения «Виктории» на орбите был небольшой ремонт — штаб пятого флота предусмотрительно направил в министерство обороны Трииб-4 соответствующее сообщение.