— Спасибо. Ты садись пока. Тебе кофе сделать?
— Да нет, я подожду ужина со всеми, — пересилил себя Скайуокер. Он достал небольшой сверток из внутреннего кармана куртки и отдал матери. — Это тоже тебе.
— Тогда я отнесу деньги Ларсам.
— Не надо. Я сам заплачу Оуэну, как увижу. Все оставь себе. Мало ли, пригодятся. И спрячь куда-нибудь, чтобы Ларсы не видели.
— Не стоит о них так думать. Они неплохие люди.
— Да все люди «неплохие», — хмыкнул он. — Да, ладно, не в Оуэне дело. Кстати, если б я хотел чего-нибудь спереть отсюда, мне бы ведь никто не помешал. Это что, нормально?
— Это Татуин. Здесь все нормально. Ты насколько приехал?
— Почти на три дня. Послезавтра вечером уезжаю.
— Почти на три дня, — Шми покачала головой.
— Мама, прости. Понимаешь, больше не получается. Да и лететь сюда долго.
Она унесла деньги в комнату. Скайуокер тем временем уселся за обеденный стол, и, чтобы перебить голод, распечатал одну плитку им же привезенного шоколада.
— Присоединяйся, — он кивнул вернувшейся матери. — Ну, что здесь нового?
Шми села напротив него. Отломила кусочек коричневой плитки.
— Все хорошо у нас, — она подперла подбородок рукой, словно задумываясь, стоит ли утомлять сына с дороги отчетом о положении дел на влагодобывающей ферме. — Вот, Оуэн присоединил еще один испаритель к контуру.
— Я заметил, он расщедрился на холовизор.
— Это еще с тех денег, которые ты прошлый раз привез.
— Понятно. Интересно, где он такой древний ящик-то откопал?
— В Мос-Эспа ездил.
— Догадываюсь… — Анакин покачал головой. — Я сейчас как раз был в той округе.
— Киттстера не видел?
— Да нет, не было времени его искать. В другой раз.
— В другой раз… — Шми замялась. — Я хотела спросить, как там?
— На войне? Как… и раньше.
— Она когда-нибудь закончится?
— Да, — односложно ответил Анакин.
И вдруг понял, что за полтора года почти забыл, как это — говорить с матерью. Не прятаться за иронией, а по-настоящему разговаривать.
Скайуокер оторвал глаза от обертки. Увидел то, что ожидал. Мама сидела удивленная, как если бы вместо сына ей только что ответил незнакомый прохожий.
Он смягчился, и нужные, совсем нехитрые слова отыскались сами собой.
— Война обязательно закончится, мама, — уверенно начал он. — И Республика победит. Правда, за последний месяц мы не приложили к этому никаких усилий.
— Вас что, отправили в резерв?
— Хуже. Совет безопасности велел отступать и загнал наш флот на Кореллию. Совсем в тыл.
— Зачем?
— Формально под эгидой защиты центральных территорий от нападения сепаратистов.
— Сепаратисты уже там?
— Нет, и пока не собираются. Ну, еще этот приказ объяснили ремонтом и получением снабжения. И это после того, как мы разбили их базу на Угма-Ру. Правда, Штрима положение вещей устраивает. Ничего делать не надо, и все хорошо.
— Меня тоже устраивает. Ты хотя бы на два дня домой прилетел.
— Мама, я должен быть совсем не здесь.
— Успеешь еще. Без тебя война не кончится.
— Интересный прогноз, — он поднял брови, а затем продолжил. — Да, и как раз теперь Цандерс лично поехал в столицу выяснять, сколько нам еще ждать.
— Подожди, Цандерс — это…
— Наш адмирал. А Штрим — мой капитан. Кстати, ты же не знаешь последних новостей.
— Тебя опять повысили в звании?
— Еще как, — Анакин улыбнулся. — Я теперь старший помощник «Мегеры».
— Поздравляю.
— Ага, спасибо. Штрим как раз пытался оспорить приказ адмирала и даже написать кляузу в Совет Безопасности. Но ему посоветовали помолчать.
— Твой капитан хотел оспорить приказ?
— Ну, на самом деле я не имею никаких прав на эту должность. Просто во время одного боя я был на мостике. Штрим так гениально спланировал операцию и вылет истребителей, что дредноут сам попал под прямой огонь противника. Половину щитов потеряли. И тут как раз со Штримом связался адмирал и спросил, что за дурь он затеял. Я понял, что надо ловить момент, обратился к Цандерсу и предложил изменить тактику атаки. Он меня выслушал и приказал Штриму действовать по моему плану. Во-первых, я вывел дредноут из-под огня. Во-вторых, перераспределил атакующие истребители так, что защищаться пришлось сепаратистам, а не нам.
— А Штрим?
— А Штрим свалил свою ошибку на старшего помощника. Его понизили в звании, а помощником Цандерс назначил меня. Это все очень здорово, конечно, только вот я никогда не был офицером флота. Ну да, я разбираюсь в технике не хуже их, а с истребителем управляюсь еще и лучше. Только формально все это еще не дает право офицеру десантных войск заниматься тем, чем он вообще не должен заниматься. Короче, Цандерс пошел против правил. Это, мягко говоря, ненормально. Хотя с другой стороны, в армии Республики ненормально почти все…