— Капитан третьего ранга Эйн Сипполи.
— Ваш второй помощник, — задумчиво сказал Цандерс. — Он компетентен в этом вопросе?
— Достаточно, на мой взгляд.
— А чем тогда занят ваш старший помощник?
Капитан «Мегеры» сразу не нашел, что ответить. Зато заметил, как штабная и нештабная братия на мостике оторвалась от своих дел и вовсю навострила уши. Дался им всем этот Скайуокер.
— Я должен с ним поговорить. Он сейчас в пределах досягаемости?
— Нет, адмирал.
Цандерс ничего спрашивать не стал. То ли он что-то уже знал, то ли подозревал, то ли просто ждал объяснений.
— Скайуокер содержится под дисциплинарным арестом.
— И как долго, по вашему мнению, ему следует там находиться?
Штрим удивился. Он рассчитывал, что адмирал, по крайней мере, начнет расспрашивать о причинах наказания. Значит, Цандерс уже в курсе.
— До тех пор, пока соответствующие документы не уйдут в штаб флота. Где по уставу должен быть образован состав гарнизонного суда.
— Интересно, — ответил адмирал.
Судя по необычной гробовой тишине на мостике, интересно было уже всем, кто вообще был там и делал вид, что работает. Капитан бросил короткий негодующий взгляд на техника поблизости, и тот мгновенно уткнул свою любопытную морду обратно в экран.
Штрим понял, что объясняться придется так или иначе.
— Скайуокер допустил серьезный дисциплинарный проступок. Он начал драку с посланником Совета Безопасности и нанес ему тяжелые повреждения. Посланник нуждался в медицинской помощи. И у меня есть свидетели, — подытожил Штрим.
— Завидую я вашим свидетелям. Капитан, в ближайший час вам предстоит сделать следующее. Первое — отдать распоряжение, чтобы Скайуокера немедленно выпустили. Второе — вам обоим следует явиться на «Магус» для дальнейшего обсуждения дел флота, — и, не дождавшись традиционного «да, сэр», Цандерс закончил разговор. — Жду вас у себя, капитан. И Скайуокера. Счастливого пути.
Голограмма погасла. Штрим ушел с мостика, смутно осознавая, что он рад приказу продолжить дискуссию на «Магусе». Где не будет посторонних.
Дверь щелкнула и располовинилась. Вошел Челси.
— Сэр, — негромко обратился он.
Скайуокер отвлекся от датапада.
— Да?
— Вас…, - Челси замялся, вспоминая заготовленную впопыхах фразу. — Вам… Капитан велел передать вам, что в течение двадцати минут вы должны явиться в ангар.
— А потом куда?
— Адмирал Цандерс ожидает вас на «Магусе».
Анакин выключил датапад. Не задавая никаких вопросов, одел куртку, быстро собрал вещи, сунул датапад в карман и вышел мимо Челси в дверь.
Если ожидают, это не может быть так плохо, решил Скайуокер.
Пройдя в свою каюту, он огляделся по сторонам. Попытался вспомнить, что где здесь лежало до его ареста. Решил, что ничего не трогали, а если кто-то и копался в вещах, то очень аккуратно. Посмотрел на часы, отмерил из семнадцати минут пять на то, чтобы плеснуть водой в лицо и переодеться.
Через семь минут выскочил за дверь. Уловил в голове абсолютно детскую идею о том, как было бы здорово оказаться в ангаре раньше Штрима. Впрочем, это ему как раз не удалось. Он не опоздал и даже пришел на пару минут раньше, поднялся по трапу в шаттл и обнаружил сидящего там командира.
— Добрый день, капитан.
— Добрый день, — Штрим продолжил разглядывать ангар за иллюминатором.
Анакин опустился на другую скамью. Откинулся назад и сложил руки на груди. А потом, когда шаттл оторвал репульсоры от дюрастали, произнес про себя мантру:
Это не может быть так плохо.
Валлаш тактично указал Скайуокеру на диван в конференц-зале Цандерса, когда Штрим ступил в апартаменты адмирала.
И ситх побери, подумал Анакин, ведь я знаю точно, о чем они сейчас говорят.
Он не ошибался.
Разговор двух офицеров за стеной действительно касался его самого.
— Капитан, я знаю вас уже более двадцати лет. И доверяю вашему опыту и вашим суждениям.
Когда Цандерс не отдавал приказы, зачастую пользуясь рублеными, лишенными всяческой эмоциональной окраски фразами, он мастерски умел подбирать вежливые, деликатные слова. Однако, после разговора по холосвязи Штрим уже не обманывался подобной дипломатичностью.
— Я также понимаю, что вы не согласны с некоторыми моими решениями, — продолжил адмирал. — И с удовольствием выслушаю ваши аргументы.
— Мои аргументы весьма просты, адмирал. Отвратительное поведение одного конкретного офицера бросает тень на весь флот.
— Вы получили рапорт этого конкретного офицера, касающийся операции на Лоду-2?