— Ну, я могу покараулить на вахте около вашей двери.
— Вам не приходило в голову, что героев Республики тоже можно выставить, а? С помощью полиции, например.
— Попробуйте.
— Ситх с вами. Ради маленького мальчика Эни и нашей с ним дружбы: в полшестого. Кстати, вы все также возитесь с дроидами?
— Нет, теперь у меня игрушки побольше. Значит, я жду вас в вестибюле компании?
— Ждите.
— Тогда больше не мешаю. До завтра.
Адмирал Цандерс с трудом протиснулся сквозь разукрашенную толпу слуг демократии. Преодолев один барьер, он очутился перед следующим. Банкет на балконе для особо важных персон победно завершился — обслуживающий персонал уже выпроводил парочку сенаторов в маловменяемом состоянии через задний вход, чтобы аккуратно уложить их в спидеры и отправить домой. Остальные продолжали суетиться вокруг канцлера. На деле, этикет был таким же церемониальным, как и за час до этого на официальной части приема. Амедда ревностно охранял хозяина, не подпуская к нему никого, с кем тот не желал говорить. На случай непредвиденных обстоятельств по бокам коридоров были расставлены гвардейцы. Никто не сомневался, что эти парни сумеют разрядить любую обстановку. Точнее говоря, разрядить бластер в любую обстановку.
Цандерс подсчитал, что это будет его пятый личный разговор с канцлером. Если еще будет.
Он встречался с Палпатином на приемах, на совещаниях Совета безопасности. И очень редко беседовал с ним лично. В отличие от своего предшественника Валорума, канцлер, по мнению многих военачальников, благоволил армии, но не показывал этого явно. Сегодня здесь присутствовала экономическая и политическая элита Республики, а также джедаи, и все это затушевывало людей в мундирах.
Наконец, канцлер сделал почти незаметный знак Амедде, и тот подплыл к адмиралу.
— Канцлер желает вас выслушать.
Цандерс последовал по указанной Амеддой траектории. Жестом подозвав его, канцлер направился вдоль одной из галерей.
— Мне хотелось лично поблагодарить вас за блестящую победу в регионе Локримии, — произнес канцлер, будто это не Цандерс искал у него аудиенции, а он сам жаждал поговорить с адмиралом. — Переоценить такой успех сложно.
— Всегда рад служить Республике, — с достоинством и без малейшего оттенка подобострастия произнес Цандерс.
— Скажите, как быстро Фирцини принял угрозу всерьез?
— Достаточно быстро, хотя сначала не подал вида.
— Да, он молодец. Он бывал тут, на Корусканте, я хорошо его помню. Между прочим, вы сильно рисковали, полагаясь на похищение.
— Надеюсь, риск себя оправдал.
— Вы даже не представляете, насколько вы правы, адмирал. Капитуляция Фирцини повлекла за собой крах нескольких крупных компаний, принадлежавших сепаратистским кланам. Банкротство и полное разорение. В большой игре большие ставки. Один неверный шаг — и теряешь все. Наши противники лишились нескольких крупных поставщиков оружия и военной техники. Этот результат, пожалуй, даже важнее захвата верфей.
— Не сомневаюсь.
— Я читал копию вашего рапорта Совету Безопасности о состоянии верфей. Вы предполагаете, что выпуск новых дредноутов можно будет наладить в течение двух месяцев?
Цандерс был удивлен. На его памяти это был едва не первый политик, хоть что-то понимавший в кораблях и технике.
— Прототип «Виктория» готов сойти с верфей через две недели и начать ходовые испытания. При условии полной комплектации личного состава. В течение двух месяца с верфи могут сойти еще два дредноута.
— Такими темпами Республика скоро получит совершенно новый флот.
— Я надеюсь на это. Как и на то, что Совет Безопасности окажет флоту некоторую поддержку, избавив нас хотя бы от части предстоящей бюрократической волокиты.
— Если я или моя администрация можем на что-то повлиять, то я всегда к вашим услугам, — канцлер улыбнулся. — После Локримии я у вас в долгу. Так чему же препятствует наш государственный бюрократизм?
— Похоже, что началу ходовых испытаний нового дредноута, — адмирал ответил на улыбкой на улыбку, только у него она получилась куда более сухой и сардонической. — В буквальном смысле слова.
— Этот корабль поступит в распоряжение пятого флота, разве не так?
— Совершенно верно. Данный вопрос мне удалось уладить с представителями Совета Безопасности.
— Значит, есть какой-то вопрос, который вам уладить не удалось?
— Так точно. Вопрос о том, кто примет командование дредноутом.
— У вас есть на примете подходящая кандидатура?
— Так точно.
Они остановились у выхода на балкон, и Цандерс целую секунду вглядывался в пеструю толпу в зале, пытаясь отыскать синие фигурки своих офицеров.