— Именно так, Скайуокер.
— У разведки уже есть точные данные, сэр?
— Если бы они были, мы бы здесь не сидели, — бросил Менкинс.
— При захвате верфей часть архивов сгорела, — пояснил адмирал. — Причем по некоторым данным, это мог быть саботаж со стороны персонала верфей.
— Саботаж, — тихо повторил Анакин.
— Саботаж. Я вчера говорил по холосвязи с офицером службы безопасности, которого прислали на Лоду-1. И он между делом выразил мнение, что саботаж может повториться.
— На корабле?
— Речь шла о верфях, — ответил адмирал. — Однако, нам стоит быть начеку.
— Почему же тогда никого из наших разведчиков не прислали сюда?
— Приказ Совета Безопасности. Их больше интересует расследование в столице, а не верфи. К тому же, вы сами нашли состояние корабля идеальным.
— Да, сэр. Все техники с «Мегеры» и «Магуса», принимавшие участие в осмотре корабля, пришли к тому же заключению.
— А как вообще продвигается ваше сотрудничество с инженерами верфей?
— Пока что мне не на что жаловаться, сэр. Я получил всю документацию и возможность расспросить всех необходимых людей. Уже готов список инженеров, которые примут участие в первом этапе испытаний корабля…
— Вот и отлично.
Цандерс поднялся с кресла. Оба офицера тотчас вскочили на ноги.
— Полагаю, что боевое задание вам ясно.
— Так точно, сэр.
— Можете идти, Скайуокер.
— Есть, сэр.
Анакин отдал честь и покинул адмиральскую каюту.
Скайуокер остановился напротив провала в стене. В половину человеческого роста — как раз чтобы пролезть.
Именно здесь около месяца назад прогремел ряд взрывов, открывших дорогу десантному батальону. На фоне идеального порядка, царившего на локримийских верфях, незаделанный пролом смотрелся уродливым шрамом.
Долгий разговор с Цандерсом оказался на редкость утомительным. Полученные сведения надо было как-то разложить по полочкам, чтобы они не давили на мозг тонной информацинного мусора.
Как всегда, все делается в спешке. Вот, в спешке оставили дыру в стене. Тут же рядом в спешке готовили к ходовым испытаниям корабль. Спецслужбы в спешке философствовали о возможности саботажа. Командование в спешке составило совершенно нереальный график испытаний.
Причина спешки была прозаичной — война. Достичь победы в которой можно было только путем безошибочных шагов и логичных решений.
Что никак не сочеталось со спешкой.
Скайуокер добрел до нужного дока. За прошедшие недели он здесь примелькался. Узнавали не серый мундир республиканского флота — узнавали его самого. Без особой радости на лицах. Или, что еще неприятней, здоровались и лебезили.
Изредка в коридорах попадались республиканские солдаты. Как раз они-то были рады видеть Скайуокера. Свой.
Анакин частенько останавливал их. Выслушивал короткий однообразный доклад.
«Все в порядке, сэр. Во время моего дежурства никаких происшествий замечено не было».
Не было.
В действительности, было нелепо ставить вопрос о продуктивном сотрудничестве вооруженных сил Республики и локримийских верфей. Охрана верфей была перебита во время штурма. Около двадцати техников и инженеров разделили эту участь. Еще десять были ранены. Пятнадцать человек сумели сбежать — подданные независимого Локримийского королевства не желали работать на Республику.
Остальные подчинились прямому приказу Фирцини продолжать службу. Магнат распорядился не только повысить жалованье инженерам и конструкторам, но и выплатить компенсацию семьям убитых и раненым.
Как будто это что-то меняло.
Они ненавидят нас, подумал Скайуокер.
Так же, как я ненавидел Уотто на Татуине. И хаттов. И еще очень, очень много кого.
— Откройте шлюз, — приказал Анакин дежурному технику, читавшему газету.
— Есть, сэр.
Техник привычно поколдовал с приборной панелью, и коридор разинул беззубую белую пасть.
Анакин прошел шагов десять. Остановился. Рука сама потянулась к бластеру на поясе. Он оглянулся. Дежурный сидел на том же самом месте. Все также читал газету. Никто не собирался стрелять в спину. Откуда вообще такая мысль? Ощущения опасности не было.
Только ощущение гнетущей, надвигающейся пустоты.
Еще сто гулких шагов в никуда.
В ангаре «Виктории» было лучше. Свои люди. Свои часовые. На таком распорядке Скайуокер настоял в самом начале, когда только проводил осмотр верфей.
Трофейный корабль ему тогда очень понравился. И теперь нравился все больше и больше.
До каюты было не менее полмили, но лифтом он пользоваться не стал. Пошел пешком.