Тем не менее, визг и требования изменить условия содержания периодично продолжались остаток ночи, и еще две недели после этого, прежде чем собака смирилась и окончательно поняла, что она попала «не туда», и жить ей придется именно так. Спать она будет не в постели, а в коробке. На хозяйских руках не бывать, или бывать, но крайне редко. Играть придется самостоятельно – компанию никто не составит. 95% времени надо будет проводить в одиночестве, так как никого постоянно нет дома. Но, даже если кто и дома, на внимание рассчитывать глупо.
В общем, я была непреклонна. Никто же не сказал мне, что мелкие породы – особенные. У них иное расписание и совсем другая жизнь. Они маленькие, а потому – ручные в прямом смысле слова. Их надо постоянно гладить, ласкать, целовать, пичкать до бесконечности. Баловать, защищать от всего, что может их напугать и, разумеется, не спускать с рук. Разговаривать, играть, как с маленьким ребенком, отдавать максимум теплоты и заботы. И конечно, спать вместе – иное, даже не обсуждается. Вот оказывается, что имела в виду Наталья, говоря о контакте с хозяином. А что делала я?
Я общалась с этим рыженьким существом, предназначение которого – лежать на подушке и подставлять розовый животик для поцелуя, как со служебной собакой из питомника УВД. Я вела себя так, будто через пару месяцев Лиза переселится будку и, как минимум начнет бегать по блоку, охраняя какую-нибудь «закрытую» территорию. Или на край, будет служить в органах на поимке преступников. Дикость, одним словом.
Прошел месяц. Лиза немного подросла. Она уже не была такой крохотной и тщедушной. У нее начали подниматься ушки, взгляд стал более осмысленным. Я решила научить ее нескольким командам. Команду «нельзя» Лиза уже давно выучила и знала, как никакую другую. Осталось научить ее тому, что пригодилось бы нам для общения, совместной жизни и прогулок. Удивительно, но собачка оказалась очень смышленой. Я никак не думала, что в такой маленькой голове, с не заросшим родничком, может поместиться сообразительность и ум. Она быстро выяснила, что за опускание попы на пол – «сидеть», звонкое гавканье – «голос» и размахивание правой лапкой в воздухе «здравствуй» ей причитается сантиметровый кусочек сыра. Поэтому, очень скоро без всяких команд, Лиза, усаживалась передо мной и демонстрировала по очереди все, что она умеет, ожидая заслуженного вознаграждения. Позже, она также поняла, что подбегать на имя, приносить мячик и садиться у ног не только выгодно, но и весело. Помимо сыра, она получала дозу внимания. С ней начинали играть.
Еще через месяц, пыл мой поутих, и строгость отступила на второй план. Мне надоело сопротивляться, и я стала пускать собаку к себе в постель по утрам. Счастью Лизы не было предела.
Не смотря на все эти изменения, времени на общение с моим маленьким питомцем у меня катастрофически не хватало. На работу я уезжала в 8:30, возвращалась не раньше 19:00. Чаще, гораздо позднее. В выходные – пьянки и гулянки до поздней ночи. Когда заниматься собакой? На себя бы время найти. Я видела, что она скучает и ей недостает общения. Встречая меня, она тащила мне игрушки, предлагая повозиться с ней. А мне было лень. Орать на нее? За что? За то, что я купила ее, не подумав? Или за то, что у нее есть потребности, а мне наплевать? Тогда я впервые подумала о том, чтобы вернуть собаку в питомник.
Летом у Лизы начали меняться зубы, и она стала портить вещи. Первой жертвой смены зубов стал мой кожаный ремень. Отношения наши и до этого нельзя было назвать идеальными, а теперь я вообще взбесилась. Лиза чувствовала мое раздражение, но продолжала делать назло. Мне казалось, она мстит мне за не любовь, за отсутствие времени, за то, что ночью она так и не спит в моей кровати. Каждый день она что-нибудь вытворяла. То кусок обоев оторвет, то шнурки у ботинок съест, то рулон туалетной бумаги распустит. Не смотря на методичные и довольно жестокие наказания с моей стороны, Лиза продолжала виртуозно вредничать. Терпение мое начало иссякать. Последней каплей в этой череде мелких пакостей стало небольшое происшествие.
Я продолжала ездить на дневное кормление собаки, правда, уже один раз, а не два. Стоял жаркий июньский день. Я мчалась домой с твердым намерением не только позаботиться о собаке, но и принять душ. Бросив на журнальный столик в прихожей кошелек и ключи от машины, я, скинув джинсы и футболку, стала менять миски с едой и сливками. Покончив с обязанностями, я перешла к правам. Быстро приняв душ, я переоделась и, схватив ключи от машины, поехала по своим делам. Первым делом было – заправить машину. Подъезжая к заправке, я потянулась к заднему карману джинсов и обнаружила, что кошелька на месте нет. Оставила дома. А почему не взяла его вместе с ключами от тачки? Значит, его на столике не было. Лиза! Убью!