Двое моих новых соседей так и замерли на своих местах, потупив взоры, будто их тут и нет вовсе. Враг перед ними или друг – неясно, но ясно, что связываться они не хотят.
Только я один остался стоять, уперев руки в бока. Да, так уж вышло – из нас четверых я стоял ближе всех к двери, и прямо лицом к наглецу. Он так и сверлил меня глазами.
– Кто здесь главный?! – громыхнул новичок басом, не здороваясь. – И куда свои вещи можно скинуть?
«Главный»? Я даже растерялся от такого напора. Парень явно был из богатых, а манер – ноль. Даже не подумал представиться или поздороваться. Два моих соседа вообще ретировались: один отвернулся к стенке, второй уткнулся в книгу, будто ничего не происходит.
Ух ты, вот так значит? Ну, нет… Мой вчерашний синяк на скуле только зажил, а тут новая образина нарисовалась, мнит себя хозяином. Посмотрим ещё, кто кого.
– Какой ещё главный? – поморщившись, огрызнулся я. – Ты вообще в своём уме?
Парень вытаращил глаза, и на миг возникло ощущение, что переборщил. Но он так ничего и не сказал, вместо этого сорвал с плеча сумку и швырнул её прямо в сторону незваного соседа. Вот же…
Пришлось резко пригнуться. Тяжёлый вещмешок просвистел над ухом и с глухим стуком рухнул на кровать позади. Из него вывалились тарелки и с грохотом покатились по полу. Меткость явно хромала и была ниже средней.
Радоваться оказалось рано. Едва тело начало выпрямляться, как краем глаза мелькнуло что-то ещё, летящее следом. Камень? Слишком быстро. Слишком близко. Каменный обломок нёсся прямо в голову.
Рывок, поднятая рука, но всё оказалось четно в последний миг удалось разглядеть летящий кусок…
Глава 3 – «Вес испытания»
Голова гудела, пульсирующая боль изматывала. С трудом приоткрылся один глаз, над собой обнаружился потолок чужой комнаты. Серые стены были разрисованы золотистыми ромбовидными узорами: красиво, но от них резало зрение. Второго глаза… второго глаза видно не было вовсе. Голову стягивала тугая бинтовая повязка, закрывая половину лица.
Я машинально потянулся было снять её, но не тут –то было: откуда –то сбоку налетела тучная женщина в медицинском халате и шлёпнула меня по руке.
– Не трожь, милок! – прикрикнула она, поправляя на мне бинты. – Тебе отдых нужен. Эх, и таскают же вас, простолюдинов, в лазарет сегодня пачками… Ну и денёк, не везёт вам, новеньким.
Я поморгал, приходя в себя. Значит, я в лазарете. Логично. Как меня долбанули, неудивительно.
– Где я?.. – прохрипел я вслух, подтверждая догадку.
– В лазарете главного корпуса Академии, – буркнула она, вновь принимаясь за свою кружку на тумбочке. – Тебя сюда доставили соседи по комнате. Молодцы, кстати, форму твою тоже не забыли прихватить, переодели тебя.
Она кивнула куда–то в угол, где на стуле была аккуратно сложена форменная куртка Академии и чистая рубаха.
– А говорили они, будто ты, шутник, не заметил открытой двери и со всего маху впечатался в неё лбом, – фыркнула медичка, оглядывая меня поверх очков. – Пришлось мне, между прочим, из твоей башки обломки камня вытаскивать! Ну и где это ты такую каменную дверь нашёл, а?
Я лишь покачал головой. Великолепно. Значит, эти двое вручили такую версию. Мол, сам виноват, двери не разглядел… Соглашусь, ничего лучше не придумали. Можно подумать, у дверей каменные осколки торчат.
– Да уж, удивительное дело, – усмехнулся я криво. – Сбегал по делам, называется…
– Что ты бормочешь? – не расслышала женщина.
– Ничего. Так, благодарю, – буркнул я.
Я уже понимал, что скандал поднимать бессмысленно. Ну нажалуюсь я, что тот лысый гад метнул в меня камнем. И что? Вышвырнут его? Смешно. Он же, скорее всего, не просто так выделывался – если его даже соседи побоялись.
Медичка тем временем убеждала меня не шевелиться, а потом велела подождать минутку. Я и не собирался ломя голову удирать – покачивался на койке, сдерживая тошноту. Через минуту она вернулась с малой сумкой в руках, достала бутылёк и отсыпала на ладонь две крошечные пилюли.
– Вот, держи. Обезболивающее, две штуки, – проворчала она, протягивая мне таблетки. – Одну сейчас выпей, вторую через пару часов. А повязку, смотри мне, не снимай хотя бы до завтра! Иначе глаз хуже будет.
Я согласно кивнул, проглотив тут же одну пилюлю всухомятку. Горькая, но почти сразу подействовала – боль начала стихать. Добрая женщина больше меня не задерживала. Убедившись, что я могу стоять на ногах, она махнула на меня рукой:
– Ступай уж. Раз взбрело в голову по каменным дверям ходить…