Я уже и не думал, что доживу до конца занятия. Каторга в виде физ.подготовки началась даже без разминки; со всех пот стекал ручьём. Добрая половина и вовсе теперь отлёживалась в медпункте. Преподаватель-извращенец, казалось, получал непомерное удовольствие, пиная нас.
Глава 6 – «Договор в золотой обёртке»
Блюда в столовой снова разошлись на два потока: морепродукты и мясо. Ближайшие водоёмы от деревни – день ходьбы; один раз мы с отцом туда выбирались. Улов был непомерно мал для приложенных усилий: наесться сложно, вкус так себе… почему им это вообще нравится? Сегодня в очереди за мясом бугая-Тренна не было. Зато была его подруга: уже собиралась сесть с подносом. Мы на миг встретились взглядом – и она ушла дальше. Я окликать не стал; да и она не подошла.
– Не заметила, что-ли? – пробурчал я, разглядывая своё отражение в блестящем металлическом подносе.
В этом шумном аду я больше не нашёл ни подругу Тренна, ни его самого. Занял свободный стол у «учительской» зоны. Стоило только дотронуться до еды, как без спросу подсела невысокая девушка с тёмно-рыжими волосами. Точно вижу впервые. Без подноса, просто сидит и ждёт, пока я дожую.
– Наслаждайся, пока можешь! – полукриком сообщила незнакомка. – Не знаю, с чего ты решил, что сможешь безнаказанно бить потомков героев. До Императорского академического совета новости ещё не дошли, но ректор уже в курсе…
– В культурном обществе обычно представляются, прежде чем разговаривать с незнакомцем, – уточнил я, понемногу «разжёвывая» её слова.
– Деревенщина… – недостаточно тихо сказала она. – Неужели ты, Эдрик, не в курсе имён потомков героев и людей, к кому лучше не соваться? – прищурилась с откровенным презрением.
– Про потомка Краста преподаватели только сегодня узнали, – ответил я и спокойно встретил её карие глаза. – Я должен наизусть знать всех людей?
– Герой Краст редко появлялся на праздниках, про него вообще мало что знали… – она презрительно повела плечом. – Но остальных шестерых героев ты обязан знать. И то, что у пятерых из них есть потомки, – тоже.
Пустые угрозы меня уже утомили. Маленькое самолюбие Эрила треснуло, и он тут же наплакал другим. Я хотел спокойно доесть, но стоило откусить ещё ложку, как у девчонки терпение взорвалось: она ударила по столу и вскочила.
– Как такой кретин додумался пойти в Академию?! – перекрыла шум столовой, размахивая руками. – Ты вообще ни во что не ставишь меня, Селли Розфит – потомка Розфита, который разгромил третий батальон лакавинцев!
Она покраснела от злости и недоумения. Отвечать не хотелось. Почему-то многие уверены, что подвиги их предков – это их личные заслуги. Ну-ну. Эти сказки пусть сами себе и рассказывают, лишь бы ко мне не лезли.
Я спокойно прожевал и поставил ложку.
– Я тебя услышал, можешь быть свободна, – отмахнулся я.
Это взбесило её ещё сильнее: глаз уже дёргался, и странная улыбка не сползала с лица. Ничего не ответив, она встала из-за стола и впопыхах ушла.
Вокруг стола сгущалась странная, давящая тишина. Взгляд, скользя через правое плечо в толпу, пытался уловить общее настроение, но большинство кадетов и бровью не повели, словно крика Селли вовсе не было. Стоило повернуть голову налево, в сторону учительской зоны, как тяжесть лишь усилилась.
Пришлось зажмуриться и вновь всмотреться в купол. За тёмно-серой пеленой проступали три фигуры, черты лиц которых различить не удавалось. Первая – высокая, худощавая, с непропорционально длинными конечностями. Вторая – примерно того же роста, но сухая, рельефная, с отчётливо читаемой мускулатурой под формой. Третья выглядела женской: чрезмерно накачанная, но с талией слишком узкой для мужчины.
В одном месте купол пошёл тонкой паутинкой трещин и начал осыпаться искрами. Пришлось отпрянуть к самому краю скамьи.
– Замечательно, что ты нас почувствовал и заметил, но настолько пристально смотреть некультурно, – произнёс высокий мужчина с аккуратной бородкой и усищами в стороны. По его левую руку стояла накачанная женщина с маленьким шрамом на шее, по правую неприметный лысый мужчина.
– Здравствуйте. Не хотел беспокоить вас своим вниманием, – ответил я, чуть привстав.
– Не волнуйся, – он лениво почесал бородку. – Ректор настояла, чтобы мы привели тебя, если увидим что-то интересное.
Двое остальных преподавателей, будто потеряв к происходящему интерес, шагнули глубже под купол.
– Можешь оставить еду и поднос, – добавил бородатый, заметив мой взгляд на стол. – Я уже сказал, чтобы всё убрали, когда мы выйдем.