– Ну да, – хмыкнул он, будто прочитав сомнение. – Сегодня уже приходили, предупреждали об изменениях.
Я вспомнил слова ректора Таллорес насчет теста. Заиграла мысля что Тренн не в курсе из-за того что сам только вчера вышел.
– Ну да, – хмыкнул Тренн. – Сегодня приходили, предупреждали об изменениях на тесте.
Тренн поудобнее устроился, широко раскинув ноги. Если бы не пар и пузырьки воды… Повезло.
– Совет всё переиграл. Раньше экзамен был групповой, а теперь одиночный. Каждый сам за себя. Задача простая на словах: собрать как можно больше оружия врага. Само собой убивать никого нельзя. Не прибить бы кого случайно на нем... – неоднозначно сказал он и замолк в раздумиях.
– Каждому выдадут ожерелье. Оно считывает сердцебиение. Если сердце останавливается – ожерелье вспыхивает ярким светом и автоматически вскрывает зелье внутри. Говорят, иногда помогает запустить сердце обратно.
Тренн усмехнулся и лениво потянулся, вода тихо плеснула о бортик. Он продолжил что-то рассказывать, не делая пауз. Бесконечный поток мыслей неожиданно напомнил его подругу: та точно так же без умолку болтала во время еды. Тогда это казалось пыткой, а сейчас пришло понимание – у Тренна, выходит, железная выдержка. Неудивительно, что они нашли друг друга: два сапога пара.
За это время кожа успела сморщиться от воды, а голова начала понемногу гудеть.
– Стоп-стоп-стппп… сттп, – перебил я очередной виток рассказа. – Давай потом. Ты ещё на девятом дне тренировок застрял, а я за сегодня вымотался и хочу спать.
Тренн посмотрел с секунду, а затем расплылся в широкой улыбке.
– Тогда до завтра? На тренировочной площадке? – спросил он с таким воодушевлением, будто уже всё решил.
Я завис, на мгновение смысл вопроса ускользнул, но после короткого вспоминания его бесконечных историй всё стало ясно. Речь шла о совместной тренировке. В ответ последовал кивок.
Попрощавшись ещё раз, удалось выбраться из воды. Старая, провонявшая одежда валялась на мокром полу, впитывая влагу и пар. Даже возникло желание поблагодарить того, кто её туда скинул: ткань выглядела заметно чище, и теперь в этом вполне можно было ходить.
Переодевшись в чистое, влажная одежда и полотенце были собраны в охапку. В голове уже выстраивался приятный план: вернуться в комнату, скинуть всё лишнее, заглянуть в столовую, поесть…
По возвращении из столовой в комнату два соседа, до этого бурно что-то обсуждавшие, резко замолкли. В ответ на их взгляды последовал короткий приветственный кивок, и путь пролёг прямо к кровати.
– Можете продолжать, – бросил я через плечо, устраиваясь набок. – Вы мне не мешаете.
Соседи шепотом продолжили свой разговор, под этот шум. Тело постепенно отпускало. Тёплая вода, усталость и тишина сделали своё дело. Боль притупилась, превратившись в далёкое, терпимое эхо. Дыхание выровнялось, напряжение ушло из плеч. Затем темнота сомкнулась окончательно.
Утро встретило прохладой и тусклым, рассеянным светом. Сквозь высокие окна тренировочной площадки тянулись длинные полосы бледного солнца, ложась на камень и утренний туман. Академия только просыпалась: где-то хлопали двери, доносились шаги и приглушённые голоса, но здесь, на площадке, ещё было почти пусто.
Тренн уже ждал. Огромная фигура выделялась сразу – он стоял у края круга, лениво разминая плечи и шею, будто вовсе не ощущал прохлады. При виде меня здоровяк расплылся в широкой улыбке.
– Я уж думал, проспал, – хмыкнул он. – А ты, смотрю, живой.
В ответ последовал короткий кивок. Тело после сна отзывалось лучше, чем накануне, но следы вчерашнего всё ещё напоминали о себе: в глазнице тянуло, а в голове время от времени отзывалось глухим эхом. Ничего критичного – для тренировки сойдёт.
– Начнём с простого, – сказал Тренн, выходя в центр площадки. – Самая нелюбимая часть.
Он встал напротив, широко расставив ноги и опустив руки. Тренн был, как всегда, бодрый и уже стартанул. Я медленно последовал за ним. Дыхание выровнялось само собой.
Первый шаг дался легко. Затем второй. Тело постепенно включалось в работу, движения становились точнее, привычнее. Тренн время от времени наблюдал если я не отстаю.
– У тебя разве нет занятий? – спросил я, догоняя его.
– Не-а, позже начинаются. Ускоримся? – бросил он как ни в чём не бывало. При этом мне и так пришлось приложить усилия, чтобы держаться рядом.
– Да конечно, только этого мне и не хватало, – саркастически отозвался я.
– Отлично! А то я уже размялся! – радостно сообщил Тренн и тут же прибавил шаг.