По тому, как он выдохнул, я поняла, что он тоже был рад поговорить о чём-то другом.
— А тебе как кажется, какая из них правдивая?
— Точно не та, что про лосося.
Фионн взглянул на меня с весёлым блеском в глазах.
— Неужели? Так… просто? — поразилась я.
— Просто? Тот чёртов медведь чуть не убил меня! Его когти вспороли мой живот, и все мои кишки вывалились наружу. Вот здесь, на этом берегу. — Он указал на изгиб озера. — Я уже был одной ногой в могиле, когда появились Тараксис и Ксена.
— Ты сразу догадался, что перед тобой были две богини?
— Я понял, что они не могли быть смертными, это было очевидно. Ксена всё ещё оставалась в облике лосося, а на Тараксис был только лук и колчан с золотыми стрелами. Больше ничего.
Мысль о моей прародительнице, разгуливающей обнажённой перед умирающими мужчинами, едва не вызвала у меня улыбку.
— Должно быть, это было довольно мило, учитывая обстоятельства.
Он пробормотал что-то неразборчивое.
— Я не жалуюсь.
— Так лосось, которого ты спас от медведя, был самой Ксеной, богиней жизни. Ты подозревал это? Поэтому ты рискнул своей жизнью?
— Совсем нет. Я узнал об этом позже, когда понял, что всё это было частью испытания, чтобы проверить, смел ли я сердцем. Нет, я просто увидел бедную, несчастную рыбу, которую несло течением прямо в лапы голодного медведя. И это меня возмутило. Я тут же решил, что не позволю лососю умереть только потому, что он не может махать плавниками сильнее. Какие шансы у него были против течения реки или медведя? Что в этом справедливого?
Что-то подсказывало мне, что Фионн знал, что побудило его на такой глупый поступок. В тот день он увидел нечто большее, чем просто лосося, борющегося с течением. И именно за это богини его вознаградили.
— Что ты почувствовал, когда тебе даровали бессмертие?
Он покачал головой. Его волосы и борода высохли, теперь я могла видеть их истинный цвет: белый. Абсолютно белый. Учитывая, что Фионну было явно не больше сорока, когда его старение остановилось, вряд ли это седина.
— Ничего. Я не почувствовал никаких изменений. И с тех пор их вообще не было. Вот что такое бессмертие, девочка. Ты остаёшься таким, какой есть, день за днём, век за веком. Застывший в одном состоянии.
Я поставила себя на его место и поняла, что после такого сокрушительного удара не остаётся надежды и радости. Теперь понятно, почему он стал отшельником и циником. Его история нашла отклик где-то в моём сердце.
Однажды я тоже прошла через это; я помню ту глубокую грусть, ощущение, что всё было неправильно, совсем неправильно.
Мои ключицы начало покалывать. Внезапно в долине раздался рёв, донёсшийся до нас сквозь рощу кипарисов. Лебеди на озере забеспокоились и захлопали крыльями.
— Ну наконец-то, чёрт возьми, — пробормотал Фионн. — Я уж думал, что убил его.
Я прищурилась.
— Ты сказал, что хмель просто усыпит его.
— Так и есть, но это дракон, подавленный множеством слоёв магии. Он так ослаблен, что на него жалко смотреть. — Фионн встал, и я услышала, как хрустнули его кости. — Если бы не это, я бы уже искал хорошее укрытие, чтобы не стать кучкой пепла.
Я тоже встала. Мне хотелось поскорее уйти от озера.
— Как ты узнал, что мы…? Ну, наид-нак…
Чёрт. Почему я это спрашиваю?
К счастью, Фионн не прокомментировал мою запинку.
— Похоже, ты удивительно мало знаешь о наид-наке и наречённых воинов-драконов.
— А ты, видимо, знаешь много.
— Было время в Гибернии, когда нельзя было поднять глаза и не увидеть дракона, парящего в небе. Если тебе в этот день улыбался лепрекон, то ты мог встретить одного из Девяти. Если ты был удачливым ублюдком, то, возможно, видел издалека легендарные золотые чешуйки самого короля огненных существ.
Я резко вдохнула. Это звучало чудесно.
— Ширр, Дракон. Ты видел его?
— Я держал голову этого мерзавца, когда он напивался и блевал, больше раз, чем могу вспомнить.
Что это, чёрт возьми, значит? Они были друзьями? Ширр, конечно, мог принимать человеческий облик, но чтобы он напивался и блевал по углам…
— ФИОНН!
Гневные шаги Мэддокса приближались. Мой желудок скрутило по непонятной причине.
Пока злой Мэддокс до нас не дошёл, бессмертный наклонился ко мне и прошептал на ухо:
— Не знаю, какие у тебя планы, да и всё равно, если честно, но желаю удачи. Она тебе ещё понадобится, если ты всерьёз надеешься держать что-то в секрете от дракона, недавно нашедшего свою пару.