— Даю угадаю, — хмыкнула с презрением Кассандра. — Не все бордели Аронтира еще успел обежать?
— И это тоже, — расплылся в коварной улыбке служитель Иштар. — Меркар, может уже начнешь? Не тяни минотавра за причинное место. К тому же я не припомню, чтобы кто-то устраивал такие посиделки перед Великой Сотней…
— На прошлых Сотнях не участвовали иномирцы, — колко заметил Укротитель-ста-Молний.
— Ну да, ну да! Лика и Захар Лазаревы. Неужели ты испугался девчонки и мальчишки? — едко осведомился Хвейз. — С каких пор ты стал столь трусливым?
— Надеюсь, ты не забыл кто их отец? — чуть повысила голос Кассандра, привлекая к себе внимание. — Их отец хранитель целого мироздания. Мироздание, которое не уступает нашему в силе. Считаешь, они слабы?
— Разве я назвал их слабыми? — ехидно переспросил Хвейз, глядя на черноголовую. — Я лишь назвал их девчонкой и мальчишкой.
— Неважно какой силой они обладают, — продолжил вещать Меркар. — Важно то, какой силой обладает их отец и какие возможности откроются перед нами, если мы заключим с ними пакт о сотрудничестве. Сейчас я говорю с вами не только как отмеченный, но и как будущий глава поместья Грозовой Удел. Ко всему прочему мой повелитель не хочет, чтобы иномирцы посрамили Восточный пантеон, но в то же время он не желает, чтобы мы убивали детей хранителя, если столкнемся с ними.
— Моя госпожа придерживается такого же мнения, — спокойно отрапортовала Танцующая-на-Крови.
— Когда тебя собираются возвести в ранг отмеченных? — вдруг поинтересовался Хвейз, глядя на Кассандру.
— Всё будет зависеть от того, как я проявлю себя на Сотне, — с кровожадной улыбкой ответила девушка.
— Конечно! Кто бы сомневался, — тихо рассмеялся Блуждающий-по-Трупам. — Ладно! Лукавить не буду. Моя госпожа и моё поместье придерживается похожего взгляда на иномирцев. Что предлагаете?
— Уничтожить всех, кто попадётся на пути, — беззаботно улыбнулся Меркар, переглянувшись с Кассандрой. — Но если нам попадутся иномирцы, то мы бережно их побеждаем, но не убиваем, чтобы не прогневить ни наших повелителей, ни хранителей, а если попадаем друг на друга, то пусть выживет сильнейший.
— Как красиво ты всё распланировал, — надменно рассмеялся Хвейз, закатывая глаза. — Неужели ты так уверен в победе Восточного пантеона?
— Прекращай кощунствовать, Хвейз, — рыкнула недовольно Танцующая. — Или ты действительно думаешь, что кто-то сумеет противостоять служителям? Кого вы двое хотите обмануть? Самих себя? Никакое наложение печатей не сможет полностью заблокировать ваше благословения оберегов.
— Не верти хвостом, Кассандра! Мне интересно, кого ты хочешь обмануть? — скривился презрительно Блуждающий-по-Трупам. — Сведущим прекрасно известно, что Тиамат подпитывает тебя. Твой рост за последние годы стал чересчур аномальным. К тому же ты практически всегда тренирующийся с отмеченными своей госпожи, и они давно тебя наставляют. Сама отожралась на дармовой энергии своей покровительницы, и продолжаешь сражаться со смертными! Стыд потеряла⁈
— Прикуси язык, Хвейз! — распалилась резко Кассандра, медленно поднимаясь на ноги. — Плевать мне на твои доводы. Я не боюсь тебя!
— Достаточно! — повысил голос Меркар. — Сражаться будете на…
— Потому и не боишься, что в чем-то ты мне равна, — фыркнула насмешливо номад, перебивая соотечественника. — Не стыдно объявлять кровником смертного? Кстати, чем тебе не угодил Ранкар Хаззак?
— Он посмел опозорить моего брата, — ледяным тоном прошипела Танцующая-на-Крови. — Никто не смеет касаться моей семьи.
— Твой брат еще тот напыщенный ублюдок, который постоянно прячется за юбкой сестры, — гулко хохотнул номад. — А вот Хаззак, как по мне, славный малый! Как красиво он осадил Агдейна и остальных.
— Хаззак уродец, которому я вскоре снесу голову, — сплюнул злобно Кассандра. — Даже если мы не попадёмся друг другу на арене, его дни всё равно сочтены.
— Очень сильно сомневаюсь, что ты сумеешь убить его после Великой Сотни, — загадочно рассмеялся Хвейз, возводя лицо к потолку. — Тебе просто не позволят! А может и того хуже. Ты вдруг возьмёшь, и сдохнешь сама.
— О чем ты говоришь? — непонимающе нахмурился Меркар, услышав в словах собеседника скрытую подоплёку.
— Погодите-ка… — Хвейз на миг осекся, но затем заржал будто гнедой жеребец. — Так вы ничего не знаете? Вам не сказали? Вы точно служители оберегов? Судьба Ранкара Хаззака-Ксанта была предрешена несколько месяцев назад.